Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

Умер Максим... (русская похоронная)

Небытие, ничто, ноль - как высшая абстракция

Умер Максим... (русская похоронная)

Философия склонна размышлять об отсутствии, и вводит для этого несколько категорий

Самая мощная - «небытие»
Это несуществование вообще; несуществующая реальность; отсутствие, отрицание бытия

Ясно, что это не определение поскольку даже «бытие» и «существование» невозможно определить, а уж их отсутствие - и подавно
Это, скорее, посыл к интуитивному постижению

У «небытия» отсутствуют какие-либо признаки, которые мы можем проговорить
А представляется оно, чаще всего, как бездонная пустота или мрак
Но это точно не они - так, доступные «заменители»

Вопрос - если вокруг существует мир, видимый, реальный, «бытийствующий», то зачем думать о несуществовании, о полном отсутствии этого мира?

Прежде всего, для того, чтобы размышлять о его начале и конце
Ведь если мир впервые появляется, то до него ничего не было, а если полностью исчезает - ничего не останется после

Вот это отсутствие «всего» и мыслится как абсолютное «небытие»
Чтобы представить абсолютное небытие, надо помыслить мир без мира и без себя самого - это очень сложно

Но можно говорить и об относительном небытии - как об отсутствии чего-либо конкретного
Это попроще - потому что вполне возможно представить нечто, а потом убрать его из сознания - было-не стало

И самым «простым» обыденным аналогом относительного небытия является смерть
Исчезновение чего-либо

Был Максим - больше нет Максима, умер
Правда, и тут мы сталкиваемся с философскими сложностями - трудно убрать что-либо из мира «полностью»

И в материализме предполагается, что Максим, прекратив земное существование, превратился в нечто ещё - труп, перегной, кладбищенскую траву, атомы и т.д.
Хотя Максим как таковой, конечно, умер

А вот в «идеализмах» нужно помнить о вечном «прообразе» Максима, о его душе, которая и есть идеальный «он»
Или о виртуальном образе, который сохраняется, пока сохраняется хотя бы единственное сознание, мыслящее о Максиме
Словом, какая-то «тень» от отстутствуюшей, прекратившей существование вещи, ее «остаток», все же остаётся - мешая представлять полное небытие

А «ничто» - это способ существования «небытия», его фиксация
Можно говорить о «ничто» конкретном, предметном - Платон превратился в ничто
И вот его можно локализовать в конкретных времени и месте - Максима нет сейчас и в земном мире

Но можно говорить и о «ничто» беспредметном, как «воплощении» абсолютного небытия
И вот такое «ничто» никак не выглядит и нигде не помещается, ни в пространстве, ни во времени - потому что они «что-то»
Можно, наверное, говорить о том, что абсолютное, беспредметное «ничто» существует в Вечности, но тогда мы снова сталкиваемся с противоречием, потому что при этом существующей помимо самого «ничто» объявляется Вечность

С нулем проще
Он, будучи не только математической, но и философской категорией, фиксирует отсутствие конкретного здесь и сейчас
И если ваш кот вышел из комнаты, то в небытие он не ушёл, в ничто не превратился, а в темной комнате точно его нет, даже если он чёрный

Однако так просто с нулем дело обстоит только в обыденном сознании - и в высокой математике, и в философии ноль сложнее
А ведь кроме нуля есть ещё и пустое множество - то, что ничего не содержит
И оно является подмножеством всех множеств - тогда получается, что отсутствующее, пустота, содержится в любом присутствующем
И это непросто осознать

Словом, «ничто», «небытие» - это такой онтологический бездонный подвал философии, в который заглянуть некоторым интересно (хотя бы для того, чтобы потренировать своё воображение), а разглядеть там что-то практически невозможно

Но заглядывали многие - а разглядывал каждый что-то своё

И апофатическое богословие, описывающее Бога как нечто неизъяснимое, и восточные практики, стремящиеся к совершенной «пустоте» сознания - оттуда, из этого бездонного онтологического подвала

Пантеизм Кузанский рассматривал с точки зрения математики

Как и его предшественник (Фома Аквинский), он оперировал понятием «бесконечность», но его бесконечность была не «дурной», а «актуальной». В актуальной бесконечности противоположности совпадают, они тождественны. Например, если увеличивать радиус окружности до бесконечности, то абсолютно кривая линия становится прямой. Одновременно при увеличении радиуса окружность теряет смысл понятие «центра», поскольку центром в бесконечности может быть любая точка. Так же и Бог – если мир бесконечен, то центром мира и богом может быть любой объект.

Он стоял на пантеистических позициях, сближая Бога как бесконечное существо с конечным миром и понимая его как актуальную бесконечность, которая проявляется в мире - потенциальной бесконечности. Николай Кузанский использует неоплатоновский принцип эманации для формулирования проявления Бога в мире и его свертывания обратно, принимая его как одушевленный мировой душой организм.

-рационализм- (от лат. ratio — разум) — метод, согласно которому основой познания и действия людей является разум.

Говоря о любви Бога к человеку и человека к Богу, Николай отмечает, что божественная любовь превосходит человеческую. Любовь Бога опережает человеческую – так же, как отеческая любовь опережает сыновнюю. Бог настолько великодушен, что дает свободу людям не любить Его (а любить кого-то или что-то вместо Него), тогда как Он всегда любовно связан со всем и каждым.

Кузанец пишет, что божий взор никогда не оставляет его, а "где глаз, там и любовь". Любовь Бога – это любящий взгляд, который "всегда со мной". Бог – око. И "я существую постольку, поскольку Ты на меня смотришь"; мое существование прекратится, если Ты отвернешься от меня; но Ты не оставишь меня, пока я сам могу Тебя принимать. Взгляд Бога – животворящий подарок "сладостной любви"" и "я бесконечно люблю свою жизнь, потому что Ты сладость моей жизни".

На первый взгляд может показаться, будто суждения Николая Кузанского по существу повторяют уже знакомые нам христианские представления. Однако следует заметить, что любовь в его трактовке вновь становится природной, космической сущностью (как и у античных мыслителей). Да и сам Бог (Который и есть Любовь) у Кузанца един с Вселенной. Такое понимание Бога (и любви) – характерная черта философии эпохи Возрождения. Такое представление о совпадении Бога с миром называют "пантеизмом" (от греч. pan – "все" и teos – "бог"). Пантеизм негативно воспринимается ортодоксальным христианством, поскольку подрывает краеугольный камень вероучения – идею креационизма (т.е. учения о том, что мир сотворен Богом из ничего), ведь творение, по логике, не должно совпадать с Творцом. Идеи Николая Кузанского оказали значительное влияние на европейскую философию, причем не только "давнюю", но и современную.

Главные проблемы его философии — отношение Бога к миру, место и роль человека в мире, а также природа познания. Николай Кузанский сблизил бесконечного Бога и конечный мир, преодолевая присущий теизму разрыв между творцом и его творением и фактически принимая позицию пантеизма. Бог — «абсолютный» или «бесконечный максимум», актуальная бесконечность, мир — проявление Бога, «ограниченный максимум», «абсолютный минимум» или потенциальная бесконечность. Бог, вмещая в себя все сущее, присутствует в любой, самой ничтожной вещи. Согласно Николаю Кузанскому, Бог есть одновременно центр и окружность, он пребывает везде и нигде. Мир также имеет свой центр повсюду и нигде. Философ, выдвинув в качестве основного принципа своей философии положение о «совпадении противоположностей», поставил под сомнение незыблемость закона непротиворечия, установленного Аристотелем, и тем самым расшатал устои средневековой схоластики. Вместо монотеистического принципа творения из ничего он выдвинул принцип ограничения «абсолютного максимума», в силу чего возникает неисчерпаемое многообразие единичных вещей. Иной конкретизацией той же мысли Николая Кузанского, восходящей к неоплатонической идее эманации, был принцип развертывания Бога в мир и свертывания мира в лоно божественного абсолюта. Николай Кузанский возродил античный взгляд на человека как на микрокосм, подобный макрокосму. Человек – существо, соединяющее в себе божественное и земное.

Особенно примечательны гносеологические принципы Николая Кузанского, которые предвосхитили многие идеи немецкой классической философии. Познание осуществляется, по Николаю Кузанскому, благодаря взаимодействию чувств, воображения, рассудка и разума. Чувственное познание, которым обладают и животные, является ограниченной способностью ума. Рассудок, опираясь на материал, поставленный чувствами, образует общие, абстрактные понятия. Он самоуверенно и догматически исходит из нерушимости своих установлений. На самой высокой ступени познания расположен разум, который, мысля во всем сущем совпадение противоположностей, преодолевает ограниченность чувственного познания и рассудка.

Древние философы и современные ученые

Просто поразительно, как далеко продвинулась греческая мысль в познании мира. Греки даже обладали всеми знаниями, чтобы изготовить паровой двигатель и начать промышленную революцию за тысячи лет до англичан. Почему не сделали — иной вопрос. Обычно это связывают с рабством и с неудачными природными условиями. Многие современные научные идеи были известны людям античности. Как правило, основания верить в них у Древних были совсем иного рода, чем у нас. Во многих случаях аргументация была более чем наивной, иногда совсем неверной, а иногда вполне современной.

На картинке Рафаэля изображена афинская школа — один из первых университетов в истории.

📜 Фалес.

Фалес — первый из философов древности, которых называли физиками (кроме них были еще этики и диалектики). И вообще философия с него начинается. Он являлся представителем милетской школы, а также его причисляли к Семи мудрецам — очень древним мыслителям, которые считались великими. Каждый из них да сказал что-то умное. Конкретно Фалес сказал: «Вода — наилучшее». Он предполагал, будто всё состоит из воды. Конечно, с нашей точки зрения это довольно наивно, но не стоит забывать, что ни химии, ни микроскопов у древних в те времена не было, а идея о единой природе всего материального была очень даже прогрессивна.

Фалес также занимался астрономией. Говорят, он умер, когда ночью отправился наблюдать звезды и упал в колодец, о котором забыл.

📜 Анаксимандр.

Анаксимандр — другой представитель милетской школы. Его не удовлетворяла мысль, что все состоит из воды, поэтому он предположил, что все состоит из апейрона, который превращается во все остальные субстанции. Апейрон бесконечен, вечен и «объемлет все миры». Анаксимандр считал, что существует множество миров кроме нашего, что вообще-то не было редкостью для греков. Будто бы когда Македонский узнал от Анаксарха, что существует множество миров, то огорчился, что не завоевал даже одного. Для Джордано Бурно такая идея закончилась плачевно (там было не только в этом дело, но это уже другая история).

Анаксимандр представлял, что между природными элементами, которые образуются и апейрона, протекает борьба, но вселенский закон справедливости возвращает все к порядку, если один элемент (огонь, к примеру) переходит свою меру, так что в его физике выполняются законы сохранения. Миры в этой космологии возникли естественным путем в результате хаотичного движения элементов; эту идею потом разовьет Демокрит, а потом еще Кант расскажет, что из вихря космической пыли возникла Солнечная система. Живые существа по Анаскимандру зародились под воздействием солнечного света из водяного элемента, а человек и все другие животные произошли от рыб. Когда-то человек был совсем не таким, как нынче. Анаксимандр доказывал это тем, что младенец не мог бы выжить сам в естественной природе, а значит, когда-то он должен был быть приспособлен к самостоятельному выживанию. Да, это теория эволюции, только без естественного отбора. Впрочем, про отбор мы еще поговорим.

А вот Землю Анаксимандр представлял в форме цилиндра. Ну что ж, даже великие мыслители заблуждаются! Через несколько сотен лет и над нами посмеются за наши представления о Вселенной. Еще одним милетцем был Анаксимен. Он думал, что все состоит из воздуха, и тоже представлял землю в виде цилиндра.

📜 Эмпедокл.

Я упомянул Анаксимена только для того, чтобы перейти к Эмпедоклу, который решил, что одного основного элемента мало, и предложил четыре: вода, земля, воздух и огонь, из которых все сложено, как «стена сложена из кирпичей и камней». А также есть любовь и вражда — две силы или элемента, которые управляют поведением других, соединяя их и разделяя. У любви и вражды четкие физические свойства, так что это не просто метафоры. Все в мире происходит по случайности и необходимости. В целом вполне современно: назовите первые 4 элемента фермионами, а любовь и вражду — бозонами, и вот вам что-то похоже на Стандартную модель. Эмпедокл был еще и религиозным деятелем. Не буду говорить про его религиозные идеи, они ничего общего с научными не имеют. Тут подойдет термин «когнитивный диссонанс». Отмечу только, что в конце концов: «Великий Эмпедокл, с пылкой душой, Прыгнул в Этну и изжарился целиком». Он сделал это, чтобы отправится к богам, к которым себя причислял.

Его главное научное открытие состоит в том, что воздух — особая субстанция. Это было не просто умозрительное заключение — он действительно установил это эмпирически, наблюдая за разными природными явлениями. И да, он открыл естественный отбор! Правда, весьма странный. Поначалу будто бы существовали весьма различные существа вроде головы с руками или носа с ногами, всякие гермафродиты и прочие страшилища, из которых только приспособленные в итоге выжили. Эмпедокл считал, что Луна светит отраженным светом и был прав, и что также светит и Солнце и был не прав, как можно догадаться. Он знал, возможно, от Анаксагора, о котором чуть дальше, что затмения вызываются прохождением Луны между Землей и Солнцем. А еще он думал, что свет распространяется с очень большой, но конечной скоростью. И как он мог до этого додуматься? Следующий известный мне человек, который обдумывал и решил проверить эту идею, — Леонардо да Винчи, но у него ничего не вышло.

📜 Анаксагор.

Анаксагор — один из тех философов, кто пострадал за свои убеждения. За то, что он учил, будто Луна похожа на Землю и на ней есть горы и живут существа, а Солнце — раскаленный камень больше Пелопонеса. Философа преследовали деятели афинской демократии, протащившие сначала соответствующий закон. Впрочем, вероятно, это было еще и с тем связано, что он был другом правителя Афин Перикла, против которого как раз развернулась политическая борьба. Да, некоторые вещи не меняются со временем. В отличие от Сократа или Бруно, Анаксагор остался жив и перебрался в более благосклонный городок. Позже день его смерти был объявлен, согласно его воле, школьным выходным.

Анаксагор считал, что все вещи бесконечно делимы (похоже на, увы, несколько маргинальную фрактальную теорию материи). Он называл то, из чего состоит материя «гомеомерии», и я никогда не понимал до конца, что это. Гомеомерии неуничтожимы и бесконечно малы. Во всех телах присутствуют вещества всех видов, а наше восприятие зависит от того, что именно преобладает. Так, скажем, в мясе есть гомеомерии огня, кости, воды, дерева и всего остального, но гомеомерий мяса больше. Когда мы едим мясо, у нас растут кости, ведь в мясе они содержаться. Снег белый, но в нем есть немного и сажи, поэтому снег и немного черный. Единственная вещь, которая присутствует не во всем — это ум, нус. Он — часть только живых существ. Ум, кстати, приводит в первоначальное движение материю. Нус везде одинаков. В корове он столь же хорош, как и в человеке, но у коровы нет рук, поэтому нус не обеспечивает ее теми же результатам, что и человека. В целом Анаксагор придумывал всему механическое объяснение. Насколько известно, он был атеистом.

📜 Гераклит.

Мы поговорили о тех, кто считал, что все состоит из воды и воздуха. Неужели не было никого, кто считал, что все состоит из огня? Такой философ был. Его звали Гераклит и, говорят, он был очень мрачным человеком. На картине «Афинская школа» он сидит, мрачно подперев себе голову рукой. Гераклит оставил людей и жил в пустынной местности, а перед смертью обмазался навозом. А может, он так лечился от водянки. О всех своих предшественников он отзывался с сарказмом и критикой. Похвалил он только Тевтама, возможно из-за того, что Тевтам считал, что «многие плохи». Гераклит считается великим потому, что он придумал диалектику, которую потом развил Гегель, а использовал Маркс. Все течет, все меняется — говорил Гераклит, единство рождается из противоположностей, а в одну реку нельзя войти дважды, война царь всего и всему отец. Все в мире состоит из вечно меняющегося огня, способного переходить в разные состояния. «На Огонь обменивается все, и Огонь – на все, как на золото – товары и на товары – золото». Гейзенберг заметил, что если заменить в сочинениях Гераклита слово огонь на слово энергия, то получится (почти) современная физика. Управляет вселенной закон — логос.

📜 Парменид.

Если Гераклит считал, что в мире все меняется, то нашелся тот, кто считал, что ничего не меняется. Вообще ничего. Его звали Парменид. Он говорил, что бытие вечно, неизменно, бесконечно, едино, материально и имеет форму шара, а пустоты не существует. Я не перечисляю доводы в пользу этого, так как они не слишком интересны с точки зрения физики. Парменид очень важный и глубокий философ, но сюда я поместил его из-за того, что его идея напоминает статичный мир общей теории относительности, где пространство и время — это единое четырехмерное многообразие. Так же как сейчас с трудом уживаются квантовая механика и ОТО, так когда-то и философия Парменида доставила большие хлопоты другим философам.

📜 Демокрит.

Еще один человек высказал идеи, противоположные взглядам Гераклита — Демокрит. Он был атомистом и диалектически дополнял Гераклита. В будущем их часто изображали парно: смеющийся Демокрит и плачущий Гераклит. Итак, все состоит из неразрушимых атомов, которых имеется бесконечно много и которые подразделяются на бесконечное число разных видов. Также имеется пространство, в котором они существуют. Пространство прерывно и образовано (условными) «элементами пространства». Естественно и время также состоит из неделимых кусочков. Между любыми двумя атомами всегда есть расстояние, ведь если бы при соприкосновении двух атомов между ними не было расстояния, то это был бы уже один атом. Но один атом нельзя разделить, а значит, и два соединиться не могут.

Атомы очень маленькие и недоступны глазу, но их действие можно увидеть, например, когда вы смотрите на движения пылинок. (А ведь именно с помощью броуновского движения Эйнштейн позже подтвердил существование атомов!)

Взаимодействуют атомы механически, например, цепляются друг за друга. Боги состоят из крючковатых атомов, поэтому они живут дольше, чем люди, и менее уязвимы. Душа состоит из гладких, скользких, подвижных атомов, которые приводят в движение наше тело. В мире Демокрита все механистично и рационально. Нет ни духа, ни ума, ни логоса. Боги — обычные материальные существа. Никаких действий на расстоянии нет (тут должен коварно усмехнуться кто-нибудь из квантовых механиков) — все воздействия проявляются благодаря частицам-переносчикам. Любовь возникает благодаря истечениям атомов из тела — воздействуют на органы чувств. Также и ненависть.

Существует бесконечное число миров, похожих и непохожих на наш, причем одни разрушаются, а другие возникают. Кстати, существуют и точные копии нашего мира. И как тут не вспомнить Эверетта или другие многомировые концепции! Земля, увы, имеет форму диска, полого внутри. Если вы подумаете, что никто из греков не знал правильной формы Земли, то ошибетесь: пифагорейцы знали, что Земля имеет форму шара и достаточно точно вычислили ее размер. Они же считали, что все есть число, и точно так же думает физик Макс Тегмарк.

📜 Платон.

Платон (на картинке он справа от Сократа, думаю, где Сократ, вы догадаетесь) многое унаследовал от пифагорейцев. Он придумал идеальный мир чистых идей. В этом мире существует математика и вообще все общие идеи. Это отдаленно похоже на «математическую вселенную» Макса Тегмарка, только у того ничего, кроме идеального мира, не существует. Кроме того, это похоже на теорию голографической вселенной. В ней Вселенная — записанная на своих стенках голограмма, а у Платона это просто «голограмма» идеального мира. Но больше всего это похоже на идею Роджера Пенроуза, полагающего, что существует мир (математических) идей, влияющий на наш через особые законы физики.

Платон не был атомистом, но придерживался убеждения, что все состоит из атомов математической природы. Точнее, сами атомы — куб (земля), тетраэдр (огонь), икосаэдр (вода) и октаэдр (воздух) состояли из треугольников, а те — из точек и линий. А сама Вселенная имеет форму додекаэдра.

Библиотека Ватикана
t.me/vaticanlibrary

Какую бы позу ни принимали естествоиспытатели, над ними властвует философия

«Какую бы позу ни принимали естествоиспытатели, над ними властвует философия. Вопрос лишь в том, желают ли они, чтобы над ними властвовала какая-нибудь скверная модная философия, или же они желают руководствоваться такой формой теоретического мышления, которая основывается на знакомстве с историей мышления и ее достижениями.

Естествоиспытатели воображают, что они освобождаются от философии, когда игнорируют или бранят ее. Но так как они без мышления не могут двинуться ни на шаг, для мышления же необходимы логические категории, а эти категории они не критически заимствуют либо из обыденного общего сознания так называемых образованных людей, над которыми господствуют остатки давно умерших философских систем, либо из крох прослушанных в обязательном порядке университетских курсов по философии (которые представляют собою не только отрывочные взгляды, но и мешанину из воззрений людей, принадлежащих к самым различным и по большей части к самым скверным школам), либо ихнекритического и не систематического чтения всякого рода философских произведений, то в итоге они все-таки оказываются в подчинении у философии, но, к сожалению, по большей части самой скверной, и те, кто больше всех ругают философию, являются рабами как раз наихудших вульгаризированных остатков наихудших философских учений»

Курс Феноменологии Радикального Субъекта движется своим чередом

Сегодня выложены две лекции 14-ая и 15-ая

Обратите внимание на 14-ую - в ней вводится понятие "обратной интенциональности"

Оно многое меняет и многое объясняет
В "Ноомахии" я прибегал к нему, и отчасти что-то подобное мы встречали в книге "Мартин Хайдеггер
Возможность русской философии", где речь шла о смещении структур русского Дазайна по сравнению с германским (европейским)
Но теперь в контексте курса "Феноменология Аристотеля" и "Феноменология Радикального Субъекта" можно посмотреть на эту область (обратную интенциональность), на которой строится (кстати) вся православная аскетика (онтология падших духов), в более широком ключе и более пристально
Это также приоткрывает темную тайну Das Man'а, обратную сторону глобализма, либерализма, материализма, постгуманизма, Постмодерна и спекулятивного реализма
Через фигуру Homo Extimus просняется момент появления лавкрафтовских Old Ones в современной (пост)философии (weird-реализм Хармана и философия ужаса Юджина Такера)

16-ая лекция о Фихте (Фихте-2) будет выложена в следующий понедельник
В ближайший четверг не будет выложено ничего, так как сегодня сразу две лекции
Stay human!

https://paideuma.tv/course/fenomenologiya-radikalnogo-subekta-2020

САКРАЛЬНОСТЬ ВЛАСТИ

Сакральное, sacral (англ.), sacrum (лат.) — священное, божественное. Сокровенное. Заветное. Тайное. В русских словах «сокровенность» и «откровенность» присутствует кровь. Потому и клялись на крови. Кровью своей и своим потомством до седьмого колена.
Кесарю кесарево, богу богово. Веками говорят о сакральности власти. Это одна из ключевых тем философии.
Глас народа — глас божий. На власть «помазывали», «помечали» (мечём), «венчали». Ритуальный атрибут власти — корона (corona — венок, венец).
«Тайна» власти представляет собой сочетание рационального и иррационального, что воспринимается коллективным бессознательным народа не в качестве иллюзии, а как реальный феномен, обладающий некими сакральными (сокровенными) свойствами.
Для понимания этого есть герметизм — «наука для царей», «путь царей», «царская дорога» до рога*. [*Рог — сила, крепость, власть, могущество (В.Даль)] Тайна, высшие вечные истины, непостижимые для приземлённого рассудка простого обывателя. Для постижения этих тайн нужен иной (правополушарный) мозг, иное (парадоксальное) сознание.
Как было? Фараонам подсказывали жрецы, царям — шуты, брахманы или волхвы. Александр Македонский учился у Аристотеля. В тени каждого Артура должен быть Мерлин. Проблема власти сложная, и без преодоления царской личностной (диктаторской) самоуверенности, толку не будет. Властитель тогда будет служить не себе, а народу, если принесёт себя в жертву посвящения (12-й аркан). Только тогда образуется гармоничный резонансный бинер: правитель — это деятельная, энергетическая ипостась власти, а волхв — информационная. Иногда случается «два в одном» — Марк Аврелий. Но это редчайший случай. Философствующих, пишущих властителей вы найдёте не много.
Этому нигде не учат, ни в одном ВУЗе. Да и учителей нет. Вывелись. Так случилось, что герметическое знание постепенно прихватизировали различные тайные масонские круги, которые выродились в некую «мировую закулису». По следам их «революционной» и «реформаторской» деятельности видно, что сакральное знание они постепенно выхолостили и растеряли. Почему? Потому что стали поклоняться золотому Тельцу в качестве бога и инструмента власти. Подменён смысл. Герметизм профанирован и стал «лженаукой», объектом насмешек и зубоскальства. Поэтому при видимом техногенном прогрессе наблюдается духовная деградация элиты. А за ней и всего человечества. Ибо знатью может быть только тот, кто знает.
И что мы видим? Каждый президент или премьер, рассуждая о проблемах своей страны, говорит только о том, какие, куда, на что и в каком количестве выделяются деньги, о бюджете, о фондах, займах, процентах и капиталах. Менталитет власти скатился до уровня торгаша-банкира, до третьего сословия. Миром правят не брахманы и не цари, а торгаши, погрязшие в хламе богатства. Мир разделён, все ненавидят друг друга. Таковы последствия деятельности «мировой закулисы». «Богоизбранностью» даже не пахнет.
Власть потеряла свою сакральность. Над ней смеются, её презирают, её топчут. И каждый лезет с советами. Из всех нынешних властителей более-менее сохраняет своё реноме лишь тот, что выглядит таинственным. Остальные просто жалкие клоуны, слепые котята, не обладающие ни каким суверенитетом. Для них понятия «национальная идея» и «душа народа» есть нечто запредельное иррациональное.
Поэтому «земля наша велика и обильна, а порядка к ней нет».

© Ю.Ларичев, 2019

«не кто иной, как»

A. Это сделал никто иной, как Федор
B. Это сделал не кто иной, как Федор
C. Это сделал никто иной как Федор
D. Это сделал не кто иной как Федор

Это неприятное сочетание пишется «не кто иной, как»

Оно неприятно и само по себе, но особую антипатию начинает вызывать, когда выясняется, что есть совпадающее в звучании, но другое по написанию сочетание «никто иной»
Различать их советуют так: «не кто иной, как» выражает противопоставление, то есть синонимично обороту «не кто-то другой, а», и не может сопровождаться вторым отрицанием
«Никто иной» усиливает уже имеющееся отрицание и сопровождается наличным или подразумеваемым «кроме»: «Никто иной <кроме Пупкина> этого не сделает»
(Усиливаемое отрицание может быть подразумеваемым, то есть возможны присоединительные конструкции типа «Это сделает он, и никто иной <этого не сделает>»)

С этой философией орфографии можно было бы смириться, если бы был какой-нибудь четкий формальный признак разграничения — например, в виде того же «как»

Есть «как» — пиши «не кто иной, как», «не что иное, как». Нет «как» — пиши «никто иной», «ничто иное»

Не тут-то было!
Нормализаторы предлагают нам примеры типа «Ничем иным, как безответственностью, этого объяснить нельзя», «Документ не должен быть подписан никем иным, как самим заявителем», где «как» есть, но пишется «ничто иное, как», «никто иной, как»

Тем самым основным разграничивающим признаком приходится считать наличие или отсутствие второго отрицания в предложении

О сочетаниях типа «не кто иной, как» Д. Э. Розенталь пишет: «Запомните: в предложениях с указанными местоименными сочетаниями другого отрицания нет»

Хорошо, запомнили
Встает в этом случае вопрос: как написать такое предложение с отрицательным сказуемым: «На работу не явился никто иной, как Федор» или «На работу не явился не кто иной, как Федор»?
По Д. Э. Розенталю, наличие второго отрицания в предложении автоматически требует написания «никто иной, как», хотя по смыслу вроде бы надо «не кто иной, как»
В академическом справочнике под ред. В. В. Лопатина этот вопрос благоразумно обойден молчанием

В действительности все было чуть сложнее

Всегда ставьте на то, что человек, которому приписывается то или иное остроумное высказывание, на самом деле никогда его не произносил. Это беспроигрышный путь.

Вчера мы вспоминали расхожее выражение «История повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй — в виде фарса». Эта глубокая фраза принадлежит, если верить коллективному бессознательному интернету, то ли Карлу Марксу, то ли Георгу Вильгельму Фридриху Гегелю; причем кто бы ни брал на себя труд ее корректной атрибуции, не забывает упомянуть, что «обычно» она «ошибочно» приписывается не тому мыслителю.

В действительности все было чуть сложнее.
В 1852 году в работе «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» Карл Маркс писал следующее: «Hegel bemerkte irgendwo, daß alle großen weltgeschichtlichen Tatsachen und Personen sich sozusagen zweimal ereignen. Er hat vergessen, hinzuzufügen: das eine Mal als Tragödie, das andere Mal als Farce. Caussidière für Danton, Louis Blanc für Robespierre, die Montagne von 1848–1851 für die Montagne von 1793–1795, der Neffe für den Onkel». [Гегель где-то отмечает, что все великие всемирно-исторические события и личности появляются, так сказать, дважды. Он забыл прибавить: первый раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса. Коссидьер вместо Дантона, Луи Блан вместо Робеспьера, «Гора» 1848–1851 гг. вместо «Горы» 1793–1795 гг., племянник вместо дяди.]

Это гегелевское «где-то» — «Лекции по философии истории», опубликованные в 1837 году: «...wie denn überhaupt eine Staatsumwälzung gleichsam im Dafürhalten der Menschen sanktioniert wird, wenn sie sich wiederholt. So ist Napoleon zweimal unterlegen, und zweimal vertrieb man die Bourbonen. Durch die Wiederholung wird das, was im Anfang nur als zufällig und möglich erschien, zu einem Wirklichen und Bestätigten». [...как и вообще любой государственный переворот делается в сознании людей как бы санкционированным, в том случае если он повторяется.
Так Наполеон дважды потерпел поражение, а Бурбоны были дважды изгнаны. Путем повторения то, что вначале казалось только случайным и возможным, становится чем­-то действительным и подтвержденным.]

Таким образом, мы видим, что авторство афоризма «История повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй — в виде фарса» никак не может быть приписано ни Карлу Марксу, ни Георгу Вильгельму Фридриху Гегелю.
Оно по заслугам должно быть передано какому-то безымянному идиоту-просветителю, который в погоне за краткостью упустил из вида, что с его слов выходит так, будто все в истории случается не по два, а по три раза — коль скоро она дважды только «повторяется». Вот бы поразился такому открытию Гегель!

ВИЗАНТИЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ В СОВРЕМЕННЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ ИССЛЕДОВАНИЯХ

Если многие аспекты византийской цивилизации, особенно, что касается культуры, искусства, литературы и истории, уже достаточно хорошо изучены, то история византийской философии и науки (математика, астрономия, медицина) стала интенсивно разрабатываться только в последние десятилетия ХХ века. Впрочем, следует отметить, что изучение византийской философии на Западе стало возможным благодаря многочисленным византологическим исследованиям, особенно в том, что касалось изыскания, публикаций, переводов и комментирования памятников византийской письменности. Здесь, прежде всего, нужно упомянуть выдающийся многотомный труд Жака-Поля Миня «Греческая патрология» (161 том). Во многом на основании опубликованных в этом собрании текстов пишутся современные исследования по византийской философии.
В 1970 году неапольские византинисты опубликовали критические издания работ Михаила Пселла и Никифора Григоры. В рамках серии Corpus Philosophorum Graecorum Recentiorum увидел свет перевод «Суммы теологии» Фомы Аквинского, сделанный византийским философом Димитрием Кидонисом (4 тома, 1976-1982). В 1984 году Афинская Академия совместно с Международным академическим союзом стала выпускать серию критических изданий текстов византийских философов Philosophi Byzantini (в рамках проекта Corpus Philosophorum Medii Aevi). Уже вышло 10 томов этой серии. Опубликованы произведения Николая Мефонского, Никифора Влеммида, Георгия Пахимера, Варлаама Калабрийского, Георгия Гемиста Плифона и прочих. Тексты снабжены критическим аппаратом, указателем и переводом на европейские языки (в зависимости от места издания – английский, французский, немецкий и новогреческий). После 2002 года вышло еще 4 тома. Более того в 1994 году увидела свет параллельная серия под названием Commentaria in Aristotelem Byzantina, собравшая под своей обложкой византийские комментарии к трудам Аристотеля – схолии Арефы, Георгия Пахимера и Михаила Пселла.
Следует упомянуть и серию Biblioteca Teubneriana, в рамках которой были изданы философские сочинения Фотия, Арефы и Пселла.Интересно, что на 18-ом Международном византологическом конгрессе в Москве (1991 год) Греческий византиноведческий комитет представил издание «Международная библиография по византийской философии», где на 378 страницах содержался список книг и статей, опубликованных в период 1949-1990 годов. Характерен тот факт, что именно в 1949 году вышло первое, теперь уже классическое, исследование по византийской философии Б.Татакиса (1896-1996): B. Tatakis, “La philosophie byzantine” (Париж, 1949). В 1977 году оно было переведено на новогреческий, а в 2003 – на английский язык. Кроме того, Татакис написал на греческом языке исследование «Основы христианской и византийской философии» (Афины,1952). В нем есть интересные главы, посвященные платонизму и аристотелизму в Византии, а также вопросам византийской науки. В 1969 году Б. Татакис написал статью для Encyclopedie de la Pleiade: “La philosophie grecque patristique et byzantine”. В том же году появляется книга о взаимосвязях античной и византийской философии: К.Oehler, Antike Philosophie und byzantinisches Mittelalter (Мюнхен, 1969). В 1970 году Стивен Рансимен посвящает свой труд теме последнего византийского гуманизма – S.Runciman, The Last Byzantine Humanisme (Кэмбридж, 1970). Знаменитый французский византолог Поль Лемерль в 1971 году издает книгу о византийском гуманизме – P.Lemerle, Le premier humanismе byzantine (Париж, 1971). В 1977 году выходит в свет труд о взаимоотношениях византийского богословия и философии в XIV-XV веках: G. Podskalsky, Theologie und Philosophie in Byzanz (Мюнхен, 1977). Вопросы византийской науки и философии исследует Н.Уилсон в книге «Ученые Византии» – N.G.Wilson, Scholars of Byzantium (Лондон, 1983). В 1993 появилась книга Я.Пеликана о взаимоотношениях христианства и классической культуры – J.Pelikan, Christianity and Classical Culture. The Metamorfosis of Natural Theology in Christian encounter with Hellenism. (Йель, 1993). В 1994 году в Фессалониках Н.Мацукас издал свою «Историю византийской философии» на греческом языке. Византийской философии посвящены разделы в следующих энциклопедиях: Lexicon des Mittelalters (Мюнхен, 1993, с.2092-2100); Oxford Dictionary of Byzantium (Оксфорд, 1991, с.1658-1661); Routledge Encyclopedia of Philosophy (Лондон, 1998, с.160-165); The New Catholic Encyclopedia (Нью-Йорк, 2003, том 2, с.807-811). В 2002 году в Оксфорде вышел сборник статей, посвященных проблемам византийской философии: Byzantine Philosophy and its Ancient Sources (под редакцией К.Ierodiakonou). Различные аспекты континуитета греческой философии от античности и до Нового времени рассматриваются в трехтомном труде Л.Бенакиса (L. Benakis): Ancient Greek Philosophy. Historiography and Research (Афины, 2004, 334 с.); Byzantine Philosophy. Texts and Studies (Афины, 2002, 725 с.); Post-Byzantine Philosophy. Research in the sources (Афины, 2001, 255 с.). В 2004 году в Кембридже появилась работа, сравнивающая рецепцию аристотелизма в западном и византийском мирах – D.Bradshaw, Aristotle East and West: metaphysics and division of Christendom). В 2005 году в Германии вышло исследование болгарского ученого Г. Каприева – Philosophie in Byzanz. В 2008 году кембриджский профессор А. Калделис издал книгу, посвященную истории развития эллинистической философии в Византии – A. Kaldellis, Hellenism in Byzantium: The Transformations of Greek Identity and the Reception of the Classical Tradition. В 2010 году в Мадриде вышла книга о платонической теории идей в Византии: A. del Campo Echevarria, La teoria platonica de las ideas en Byzancio (ss.V-XI): principios, desarrollos e inversion final de la ontologia classica. Как отмечает современный исследователь проф.К.Иеродиакону, «систематический анализ трудов византийских мыслителей показывает, что их мышление и аргументация были не менее философскими, чем у какого бы то ни было до них или после них в истории философии» [1, c.2].
Говоря об особенностях византийской философской мысли, необходимо обозначить временной рубеж, начиная с которого можно говорить собственно о византийской философии. С одной стороны, по мнению К. Иеродиакону, большинство современных ученых датируют начало развития византийской философии временем от основания Константинополя и до закрытия Афинской языческой академии при Юстиниане I в 529 г., то есть IV-VI вв., когда активно обсуждались вопросы, возникшие при взаимодействии христианского и эллинистического мировоззрений. С другой стороны те исследователи, которые понимают под византийской философией только светскую ее составляющую (например, Л. Бенакис), относят начало византийской философии к IX–X вв. Сама Катарина Иеродиакону относит начало византийской философии к IV в. и включает в число византийских философов таких авторов, как свт. Василий Великий, свт. Григорий Нисский и Немесий Эмесский [1, c.3].
Если составить список известных науке византийских мыслителей, вошедших в историю византийской философии и представляющих различные ее направления, то картина будет довольно-таки внушительной:
1.Ранневизантийский период (IV-VII вв.): Олимпиодор, Симпликий, Прокл, Ориген, Фемистий, Синезий, Василий Великий (329-379), Григорий Нисский (335-394), Немесий (4-5 век), Эней Газский, Псевдо-Дионисий Ареопагит (кон. 5 в.), Аммоний Александрийский (ум.517), Леонтий Византийский, Иоанн Филопон (490-575), Агапит, Георгий Писида, Менандр, Анастасий Синаит, Прокопий Газский (460-530), Стефан Афинский (550-630), Максим Исповедник (580-662), Иоанн Дамаскин (650-749).
2.Средневизантийский период (IX-XII вв.): Лев Философ (790-869), Фотий (820-891), Арефа (ок. 850-944), Мелетий, Феофан Нонн, Михаил Пселл (1018-78), Иоанн Итал (1025-82), Феодор Смирнский (кон. XI века), Евстратий Никейский (1050-1120), Михаил Ефесский (1050-1129), Николай Мефонский (ум. 1165), Симеон Сиф (втор. XI века). Иоанн Цец (1110-1180), Исаак Севастократор (1093-1152).
3.Поздневизантийский период (XIII-XV вв.): Никифор Влеммид (1197-1272), император Феодор II Ласкарис (1233-58), Мануил Оловол (ок. 1267), Григорий Кипрский (1241-1290), Георгий Пахимер (1242-1310), Максим Плануд (1255-1305), Лев Магенций (XIII в.), Феодор Метохит (1270-1332), Никифор Хумн (c. 1250/55–1327), Иоанн Педиасимос (ум. 1341), Иосиф Филагриос (кон. XIV в.), Иоанн Хортасмен (1370-1436), Варлаам Калабрийский (1290-1348), Никифор Григора (1290-1358), Иосиф Синопский, Иоанн Актуарий, Иоанн Катрон, Иосиф Ракендит (ум.1330), Григорий Палама (1296-1359), Григорий Акиндин (1300-1348), Николай Кавасила (ум. 1371), Димитрий Кидонис (1324-1397), Прохор Кидонис (1333-69), Георгий Гемист Плифон (1360-1453), Георгий Трапезундский (1395-1472), Иоанн Аргиропул (1395-1487), Феодор Газский (1400-1476), Андроник Каллист (1400-1486), Георгий Схоларий Геннадий (1400-1472), Виссарион (1403-1472), Михаил Апостолий (1420-1480) [1, c.3; 2].
На первом этапе своего существования византийская философия с одной стороны сохраняла и комментировала античное наследие, а с другой – в контексте патристического синтеза – давала ответ на вызовы эллинизма, связанные с усвоением нового христианского мировоззрения. К.Иеродиакону приводит следующий пример: «Что такое философия в новом христианском контексте? Вот как ее определяет Иоанн Дамаскин: 1) знание о сущих (onta) как сущих; 2) знание божественных и человеческих предметов; 3) приготовление (melete) к смерти; 4) уподобление Богу; 5) искусство (techne) искусств и наука наук и 6) любовь к мудрости. Эти определения, собранные еще неоплатониками Александрийской школы (Аммоний, Давид Философ и Илия Александрийский), происходят от аристотелевских (1, 5), стоических (2), и платонических (3, 4) концепций философии, также указывая на происхождение слова (6). Вместе с этими школьными определениями, философия как термин могла иметь в Византии добавочные значения, разработанные уже в патристический период. Отвергая претензии языческих философов на право называть свою философию источником просвещения, этического совершенства и знания божественных начал, христиане считали свою религию истинной философией (или «внутренней» философией) по сравнению с «внешней» (языческой) философией, вдохновлявшей зачастую различные ереси. Определение христианского образа жизни как истинной философии было еще более детализировано, и философия могла относиться к отдельным парадигмам такой жизни: мученичеству или монашескому идеалу. В Византии можно встретить и более широкие значения философии как обозначение красноречия, образованности, и эрудиции. Иоанн Дамаскин подразделяет философию на два раздела, теоретический (касающийся знания) и практический (относящийся к добродетелям). Теоретический раздел включал физику, математику (арифметику, геометрию, астрономию и гармонику), и «теологию» (то есть метафизику как изучение нематериальных сущностей, Бога, ангелов, душу); практический же раздел включал этику, «экономику» (т. е. бытовую этику) и политику. Иоанн Дамаскин считает логику скорее инструментом, чем отдельным разделом философии. Такое деление философии, также происходящее от неоплатонизма, оставалось стандартным (по крайней мере, как идеал) в Византии, оно определяло порядок философского курса обучения, начинающегося с логики и этики, продолжающегося (в некоторых случаях) через физику и математику к метафизике. Первые стадии этого курса, вместе с риторикой, составляли краеугольный камень высшего образования в Византии» [3].
Здесь уместно привести и взгляд отечественного исследователя на эпоху становления византийской философии. Как отмечал С.С.Аверинцев, «у апологетов и отцов Церкви работа по переводу содержания своей веры с языка Библии на язык философии поначалу устремляется в русло платонизма. Заметим, что то же самое произошло при решении аналогичной задачи с Филоном Иудеем. У Платона, именно у Платона можно было найти готовые доводы в пользу спиритуализма, аскетизма, «презрения к миру», надолго вошедшие в сокровищницу христианской культуры. С другой стороны, однако, после Плотина платонизм все больше усваивается в форме неоплатонического синтеза, включившего в себя аристотелевскую компоненту. Недаром термины великих контроверз патристической эпохи берутся из арсенала Аристотеля: ‘усия’, ‘ипостась’ и многие другие. Пусть ортодоксальные оппоненты еретика IV века Евномия усматривали у последнего аристотелевскую технологию, подменившую собой теологию; не только еретикам, но и ортодоксальному христианству Аристотель был нужен как учитель техники мышления. Ситуация контроверзы заставляет спорить, а спорить нельзя без техники, то есть без логики. [4, с.322-333]. Именно этим обуславливался во многом интерес византийцев к Аристотелю.
Кстати К.Иеродиакону приводит следующие данные о рецепции византийцами Платона и Аристотеля – среди византийских рукописей сохранилось около 260 копий диалогов Платона и примерно 1000 копий текстов Аристотеля [3].
Благосклонность византийцев к Аристотелю С.С.Аверинцев объясняет так: «Исторический опыт Византии показывает, что в принципе едва ли существует какая-то несовместимость между православием и наследием Аристотеля. Скорее сложности были с Платоном, поскольку Платон вместе с философией как таковой предлагал свою мистику, отличную от христианской, свои символы, свою мифологию. Аристотелевская техника мысли более нейтральна по отношению к религии, чем платоновский экстаз. Такой кодификатор православной нормы в богословии, как Иоанн Дамаскин (VII-VIII вв.), предпослал своему главному теологическому труду Источник знания логико-философское введение, основанное на Аристотеле и его неоплатонических и христианских интерпретаторах. Не раз возникала ситуация, когда защитник православия выступал как аристотелик против еретического платоника: например, Николай Мефонский в середине XII века призывал себе на помощь аристотелевскую критику теории идей против гетеродоксального учения Сотириха Пантевгена; на самом исходе исторического бытия Византии, уже в XV веке, последний враг византийского православия, загадочный неопаганист Георгий Гемист Плифон, был ярым платоником, а его оппонент, первый патриарх Константинополя после пленения последнего турками, по имени Геннадий Схолярий – убежденным аристотеликом. Что до виднейшего православного мистика XIV века Григория Паламы, то он, вообще говоря, выступал против допущения какой бы то ни было языческой философии в зону теологической работы; и все же недаром он выступал почти подростком при дворе с рефератом по аристотелевской логике, – та пара терминов ‘усия’ и ‘энергейя’, при посредстве которых он решает проблему соотношения между трансцендентностью и имманентностью Божества и обосновывает столь характерную для православия доктрину исихазма, заимствована у Аристотеля [4, с.323-324].
Что касается «светской» философии, к которой известный специалист по истории греческой философии Л. Бенакис относит, например, комментирование трактатов античных авторов по логике, физике и природе человека, то такая «чистая» философия, напрямую не связанная с теологической проблематикой, представляла в Византии VI–VIII вв. весьма узкий сектор научной активности. Согласно Бенакису это направление интеллектуальной деятельности стало более менее заметным и автономным не ранее IX столетия. Кроме того, он отмечает, что «философия в Византии не прекращала трансляции античных знаний о человеке и мире и была часто независмой от богословской мысли, как на уровне теоретической, так и на уровне практической философии, иными словами она никогда не была ancilla theologiae» [5, с.223].
Следует особо отметить, что развитие византийской философии было тесно связано с научными центрами. По примеру римского атенея во всех римских провинциях были основаны учебные заведения. При основании Нового Рима император Константин также создал атеней, реформированный спустя столетие в первый Константинопольский университет. Как отмечает акад. Г.А.Острогорский, «император Феодосий II (408-450) в первые годы своего правления находился под сильным влиянием своей энергичной сестры Пульхерии, а в более поздний период – под влиянием своей супруги – афинянки Евдокии, дочери языческого профессора риторики в афинском университете. Личность этой императрицы – живой пример того, как сочетались христианство и классическая образованность в Византии. Всю свою жизнь она оставалась верной культурным традициям своего родного города, будучи в то же время ревностной последовательницей новой веры. И характерен тот факт, что императрица сочиняла светские стихи и писала церковные гимны. В 425 г. во многом благодаря ее влиянию был реорганизован и расширен университет, созданный еще в константиновскую эпоху. По существу, он был как бы заново создан. Университет стал ключевым центром науки в империи. В нем было 10 кафедр греческой и 10 кафедр латинской грамматики, 5 кафедр греческой и 3 кафедры латинской риторики, одна кафедра философии и две кафедры юриспруденции» [6, c.36].
В V–VI вв. существовали многочисленные высшие учебные заведения в Афинах, Александрии, Антиохии и Бейруте. Светские науки изучались по античной греческой системе, предусматривавшей два уровня «энциклопедического образования»: тривиум (грамматика, риторика, диалектика) и квадривиум (арифметика, музыка, геометрия, астрономия); особо изучались право, медицина и другие прикладные дисциплины. Кстати, принципы квадривиума были изложены у Григория Пахимера, его труд был издан и прокомментирован в работе – Stеphanou, E., Tannery, P. (изд.), Quadrivium de Georges Pachymиre, Studi e testi 94, 1940,Vatican City.
Несмотря на то, что в 726 году император Лев III, основоположник иконоборчества, уничтожил Константинопольскую высшую школу вместе с профессорами и книгами, есть данные, что в конце VIII века начальные и средние школы не были закрыты, домашнее образование не возбранялось и не пресекалось. Грамотность была широко распространена в средних по состоятельности и социальному положению слоях населения. Появление в IX веке таких образованных людей, как Иоанн Грамматик, Лев Математик, наконец, таких, как знаменитый патриарх Фотий, свидетельствует о высокой постановке школьного дела в империи. Не следует забывать, что Константин-философ и его брат архиепископ Паннонский Мефодий – первоучители славянские, родившиеся и получившие образование в конце VIII - начале IX века, обязаны своей школьной образованностью и научной подготовкой современной им общественной среде и высшей школе. А Фотий, до того как стать патриархом, служил профессором философии и богословия в восстановленной Львом Математиком Константинопольской высшей школе.
На новый уровень образование вышло в XI-XII вв. В это время был преобразован Константинопольский университет (с юридическим и философским факультетами), открылись патриаршие школы при храмах Святой Софии и Святых Апостолов. В 60-х годах XII века император Мануил I Комнин назначил главой философов Михаила Анхиала, позднее ставшего патриархом (1170-1178). Преемником Михаила Анхиала на посту главы философов был церковный деятель Феодор Ириник, занявший в 1214 году патриарший престол. В стенах, созданной им Патриаршей академии, преподавали самые видные деятели византийской культуры конца XI-XII века, авторы многих дошедших до нас литературных, научных и педагогических произведений. Наиболее выдающимися среди них были Евстафий Солунский, Никифор Василак, составивший учебное пособие по истории, мифологии, риторике и богословию. Известный йатрософист Михаил Италик вел занятия по предметам квадривиума (арифметике, геометрии, музыке, астрономии), а также механике, оптике, медицине и философии. Он был профессором медицины при больнице монастыря Пантократора (основана в 1136 году) [7, c.91].
Помимо этого в XII в. широко распространяются литературно-философские кружки, группировавшиеся обычно вокруг влиятельных аристократов (нередко – придворных дам). Грамотность в империи почти всегда оставалась на беспрецедентном для средневековья уровне, будучи распространена во всех слоях общества. В Никейской империи сохранение философской школы сделало возможным то, что падение Константинополя в 1204 г. не пресекло традицию философского образования в Византии. Примером этого общества служит Никифор Влеммид, написавший руководства по логике и физике. После восстановления империи в Константинополе император Андроник II Палеолог Старший (1260-1332) вновь реорганизовал высшее образование, открыв в Константинополе «Царскую Школу». В отличие от западноевропейских университетов, появившихся в XIII в. и бывших юридически самостоятельными корпорациями, византийские высшие учебные заведения были государственными – с утвержденным штатом и высокими окладами профессоров. Само же обучение в них было бесплатным. В период палеологовского возрождения возникла крупная группа ученых, обладавших авторитетом в различных разделах философии и желающая подвергнуть критике философские теории. Пахимер написал компендиум аристотелевской философии, а переложения Аристотеля были подготовлены Софонией (конец XIII в.), Львом Магентеном (XIV в.) и Феодором Метохитом.
Своеобразной иллюстрацией континуитета (этот термин использует Клаус Элер в своей статье – К.Oehler, Die Kontinuitдt in der Philosophie der Griechen bis zum Untergang des byzantinischen Reiches) внешней философии в Византии может послужить традиция изображения языческих философов в храмовом пространстве. Так согласно тексту «Ерминия» Дионисия из Фурны рекомендуется изображать философов вместе с Древом Иесеевым ниже пророков Ветхого Завета. В этом контексте античные философы считались языческими предвестниками воплощения Христа. В нескольких церквях и монастырях – в Лавре и Иверском монастыре на Афоне, церкви св. Николая Спанос (Филантропина) на острове около Яннины, в Бачково и Арбанеси в Болгарии и др. находятся изображения древних «философов». Как правило они датируются XVI–XVIII вв., хотя некоторые ученые полагают, что художники следовали более ранней традиции. Список изображаемых «философов» включает хорошо известные имена не только философов (Сократ, Платон, Аристотель, Пифагор, Филон), но и политиков (Солон), писателей (Гомер, Плутарх, Фукидид), ученых (Гален) и предсказателей (Сивилла).
В заключении следует отметить основные задачи изучения византийской философии на современном этапе. Большинство зарубежных исследований развиваются в следующих трех направлениях. Во-первых, это публикация и комментирование византийских философских текстов. Во-вторых, необходимо прояснить, насколько были в Византии дистанцированы философия и богословие. И, в-третьих, необходимо систематически проанализировать сочинения византийских мыслителей. Иными словами, прежде, чем составить свое представление о византийской философии, ее тематике, направлениях и специфике, нужно сперва тщательно ее изучить как целостное явление в истории философии. И здесь неоценимым подспорьем могут послужить многочисленные, и, к сожалению малоизвестные в России, исследования зарубежных ученых.

Литература:
1.Ierodiakonou K., Introduction. // Byzantine Philosophy and its Ancient Sources. – Oxford, 2002. – 320 р.
2.Tatakis B., La philosophie byzantine. – Paris, 1949. – 323 p.
3.Ierodiakonou K., Byzantine Philosophy. // MacMillan Encyclopedia of Philosophy – NY, 2005.
4.Аверинцев С.C., Христианский аристотелизм как внутренняя форма западной традиции и проблемы современной России. // Риторика и истоки европейской культурной традиции. – М., 1996. – 448c.
5.Benakis L., Die theoretische und praktische Autonomie der Philosophie als Fachdisziplin in Byzanz. // Knowledge and the Sciences in Medieval Philosophy, Proceeding of the Eight International Congress of Medieval Philosophy. – Helsinki, 1990. – pp. 223-226.

Collapse )

...измы

Буддизм — Если случилась жопа — в действительности это не жопа
Индуизм — Эта жопа случалась и раньше
Мормоны — Эта жопа еще случится
Ислам — Если жопа случилась — значит, на то была воля Аллаха
Католицизм — Жопа случилась потому что вы были плохими
Иудаизма — Это жопа?
Кальвинизм — Жопа случилась от того, что мы недостаточно усердно трудились
Пpавославие — Жопа случилась?Стоицизм — Эта жопа мне только на пользу
Кришнаиты — Жопа случилась.
Рама-рамаИудаизм — И почему эта жопа случается только с нами?
Экзистенциализм — Что такое жопа, в сущности?
Гедонизм — Hет ничего лучше хорошо случившейся жопы
Растафарианизм — Давайте забьем косяк из этой жопы!
Субъективный солипсизм — Жопа — это я!Объективный солипсизм — Жопа — это ты!
Пессимизм — Жопа перманентна! Она была, есть и будет
Гештальт-подход — А какое мне дело до этой жопы
Фpейдизм — Жопа случилась в pаннем детстве
Ницше — Случившаяся жопа сделала меня только сильней
Юнг — То, что жопа случилась, является пpоявлением аpхетипа Великой Матеpи
Беpн — Эта жопа случилась еще с моей бабушкой
Карнеги — Случилась жопа? Улыбнись ей)
Сатанизм — Случилась жопа? Вините Бога, он лицемерен и безжалостен!
Капитализм — На этой жопе можно заработать
Материализм - Жопа первична, пук вторичен
Идеализм - Первичен Пук