Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Как правильно страдать от несчастной любови

  1. Возьмите один человеческий объект фертильного возраста. Если вы мальчик, берите девочку, если девочка - берите мальчика. Не перепутайте.
  2. Начните в 8 вечера в пятницу. Лягте ничком на кровать. Ничок должен длиться 60 минут. Если за дверью кто-то из родственников, подоприте в этом случае дверь чем-то тяжелым и на все крики отвечайте насморочным голосом "Все нормально, отстаньте".

2.1. Насморочный голос достигается рыданиями в течение 8 минут. Горькими девичьими или скупыми мужскими. Рыдания должны быть бесшумными.

  1. Вернитесь к пункту 2. Вы лежите ничком, теперь нужно думать. Думать нужно по порядку:

а) Как прекрасен объект любви в общем;
б) Как прекрасен объект любви в частности;
в) Как недоступен объект любви;
г) Как он прекрасен и недоступен;

  1. Теперь углубитесь. Думайте следующее:

а) Ни у кого нет такой улыбки;
б) Ни у кого нет такого голоса;
На этом этапе делайте смысловое ударение на "ни у кого больше!"

  1. На этом пункте углубитесь еще. Заданнная тема - "невозможность". Думайте: как жаль, что мы не можем быть вместе, это невозможно.
  2. Прибавьте "никогда": как жаль, что мы никогда не сможем быть вместе. Это никогда невозможно.
  3. Думайте про никогда подробно, 5 минут. Представьте одинокую старость и несбывшуюся жизнь.
  4. Рыдайте бесшумно, ничком, в кулаки, кусайте губы.
  5. Добавьте тихой трагичности и отдохните: перевернитесь на спину. Лягте так, чтобы слезы стекали в уши. Губы пока не кусайте.
Collapse )

Проводы «костромы»

«О седой дохристианской старине сохранились в различных местах Северной России многие обычаи, носящие на себе следы принадлежности к языческой эпохе. Они, главным образом, группируются около Святок, Масленой недели, встречи и проводов зимы, вероятно, игравших значительную роль в том обожании Солнца, которое составляло главную основу в языческих верованиях наших предков. Проводы зимы, во многих местах Поволжья и до настоящего времени совершаются таким образом: соломенное чучело носят по деревне с песнями и кликами, а затем, выносят на берег реки и сжигают у воды. В некоторых местах это чучело хоронят в снег или топят в проруби. В песнях, которыми сопровождается этот символический обряд чучело величается «костромою» и «кострубою»; в одних песнях оплакивается горькая дола провожаемой «матушки-костромы», в других—ее осыпают бранью и насмешками. В зимние ненастные дни приятно подумать о том, что зима пройдет и настанет время, когда ее можно будет «провожать».


Журнал «Нива»,1897 г.

Как уроки музыки меняют мозг ребёнка

Всего лишь два года обучения музыке дают множество преимуществ.
Исследование ученых из Brain and Creativity Institute Южно-Калифорнийского университета показало, что такие уроки могут повлиять на структуру как белого вещества, участвующего в передаче сигналов, так и серого, нейроны которого участвуют в обработке информации.

Разница в активности мозга во время выполнения тестов

Ученые занимаются этим вопросом с 2012 года: они следят за развитием мозга и поведением детей из малообеспеченных районов Лос-Анджелеса. Некоторые из детей занимаются музыкой в Молодежном оркестре. Чтобы изучить, как эти уроки влияют на мозг, ученые использовали ряд методов: поведенческое тестирование, структурные и функциональные МРТ и ЭЭГ, чтобы отследить активность разных участков мозга. Первоначальные результаты, опубликованные в прошлом году, показали, что музыкальная подготовка ускоряет развитие областей, ответственных за обработку звука, развитие языка, восприятие речи и чтение.

«Мы также выяснили, что занятия музыкой могут компенсировать некоторые негативные последствия, возникающие из-за низкого социально-экономического статуса», — отметил Ассал Хабиби, один из авторов работы, доцент кафедры психологии.

В другом исследовании неврологи отслеживали развитие мозга 20 детей в возрасте шести или семи лет, занимающихся музыкой. Они учились играть на струнных инструментах до семи часов в неделю. Ученые также сравнили их результаты со сверстниками двух других групп: 19 детей занимались в спортивных секциях, а в качестве контрольной группы выступил 21 ребенок, не занимающийся внеклассной деятельностью. Оказалось, что у детей, получающих музыкальное образование, изменены толщина и объем слуховых зон в правом и левом полушариях головного мозга. Кроме того, у таких детей больше нейронных связей в белом веществе и мозолистом теле, обеспечивающем связь между полушариями.

«Существуют давние предположения, что занятия музыкой благотворно влияют на поведение человека. Эта работа убедительно доказывает, что эффект реален», — сказал Антонио Дамасио, директор Института мозга и творчества, в котором проведено исследование.

В исследовании, опубликованном две недели назад в журнале PLOS ONE, неврологи обнаружили: когда молодые музыканты выполняли интеллектуальную задачу, в принятии решений у них участвовало большая часть мозга, чем в контрольной группе. Ученые проводили тест Струпа: детям показывали слово, значение которого совпадало или не совпадало с его цветом. Например, слово «синий», написанное синим или красным шрифтом. Чтобы проверить гибкость мышления и способность принимать решения, детей попросили игнорировать значение слов и просто называть их цвет. Во время теста проводили функциональное МРТ, которое позволило отследить различия в работе мозга между детьми-музыкантами и контрольной группой.

«Наши выводы свидетельствуют о том, что музыкальное обучение — мощный инструмент, который может помочь детям созреть эмоционально и интеллектуально», — говорит Ассал Хабиби.

Текст: Любовь Пушкарская

Increased engagement of the cognitive control network associated with music training in children during an fMRI Stroop task by Matthew Sachs, Jonas Kaplan, Alissa Der Sarkissian, and Assal Habibi in PLOS ONE.

Published online October 30 2017

doi:10.1371/journal.pone.0187254

Collapse )

Мои твиты

Послушай, это что-то важное

В этом предложении пять слов. А вот еще пять слов. Предложения из пяти слов хорошие. Но несколько подряд становятся монотонными. Смотрите, что с ними происходит. Такое письмо становится скучным. Его звук становится ровно однообразным. Это звучит, как заевшая пластинка. Ухо требует от вас разнообразия.

Теперь послушайте. Я изменяю длину предложения, и я создаю музыку. Музыка. Письмо поет. У него приятный ритм, мелодика, гармония. Я использую короткие фразы. И я использую фразы средней длины. А иногда, когда я уверен, что читатель отдохнул, я увлеку его фразой подлиннее, фразой, полной энергии, фразой-крещендо, с барабанной дробью, с ударами тарелок, со звуками, которые говорят: послушай, это что-то важное.

(с) Рой Кларк

Итак, молодежь жалуется на то, что в классификации рок–музыки черт ногу сломит

А как объяснить всё просто и понятно? Берем Pink Floyd

Это вообще пять разных групп под одной вывеской:
1965–67 — Пинк Флойд Барретта
1968–70 — Пинк Флойд в поисках Пинк Флойда
1971–77 — Пинк Флойд Пинк Флойда
1978–85 — Пинк Флойд Уотерса
1985 — — Пинк Флойд Гилмора

Отсюда уйма недопонимания и холиваров — психоделия или сайкоделия, прогрок или арт–рок, спейс рок или попса голимая

Полная бессмыслица

Теперь–то понятно, что всё, что нужно нашему молодому человеку — это Пинк Флойд Пинк Флойдовского периода

Четыре альбома — Meddle, Dark Side Of The Moon, Wish You Were Here, Animals

Общее в них то, что в каждом найдется по большой бочке меда, в которую можно погрузиться и утонуть

Парадоксально, но самый известный из них — Dark Side of The Moon — в меньшей степени содержит этот эффект погружения, он представляет собой скорее коллаж из небольших фрагментов
Поэтому и его пропускаем

Стиль теперь этот можно определить однозначно и просто. Это –... блюз

Да, смешно, но если отбросить всю шелуху, основа этой музыки — приблюзованная гитара, лишь приправленная синтезаторными свистелками–перделками
Но это блюз здорового человека
Блюз и так в сущности состоит из одной и той же мелодии, а если блюз–бэнд средней руки начнет наяривать одну и ту же песню по 15–20 минут, высока вероятность, что их погонят ссаной тряпкой
Пинк Флойд же может играть не то что одну и ту же мелодию, а одну и ту же ноту по несколько минут
Нарочито медленно, размеренно
Но, удивительным образом, это не только не скучно, это держит всех в напряжении

Верх минимализма может сочетаться лишь с верхом харизматичности

В соответствии с изложенным, имеем следующий плейлист:

Collapse )

Словесное ударение в русском языке тесно связано со смыслом

В русском языке, где словесное ударение ярко выражено, оно выполняет словоопознавательную функцию.

Так, звуковые оболочки слов «мукА» и «мУка», «пАлки» и «полкИ», «стАла» и «столА» и мн. др. при одном и том же звуковом (фонемном) составе характеризуются разным местом словесного ударения и соответственно разными ритмическими контурами.

Словесное ударение в русском языке является свободным, или разноместным, т. е. оно может находиться на любом слоге слова.

Этой особенностью русское словесное ударение отличается от ударения в языках с так называемым связанным (фиксированным) ударением, которое падает на определенный по порядку слог, например, от чешского, в котором ударение находится на первом слоге, или от польского со словесным ударением, фиксированным на предпоследнем слоге.

Нефиксированность русского словесного ударения и позволяет ему играть смыслоразличительную роль. С другой стороны, свободное ударение дает широкий простор для вариантов ударения в одних и тех же словах: «творОг» — «твОрог», «инАче» — «Иначе», «созвонИмся» — «созвОнимся», «началсЯ» — «нАчался» — «начАлся», «облегчИть» — «облЕгчить», «вы прАвы» — «вы правЫ» , «нЕ дало» — «не далО» — «не дАло», «нА руку» — «на рУку» и т. д.

По данным К. С. Горбачевича 1970-х годов, «[в] современном русском языке имеется более 5000 общеупотребительных слов, имеющих колебания в ударении», причем вероятность колебаний тем выше, чем более частотно то или иное слово.

Обилие вариантов ударения, причем в речи носителей литературного языка, является серьезной проблемой для специалистов по культуре речи и поводом посудачить для любителей осудить ближнего за неправильно поставленное ударение.

В словах, состоящих из 3—5 слогов, ударение тяготеет к середине слова, а в многочисленных двусложных словах распределяется практически поровну между первым и вторым слогами. Будучи свободным, русское ударение может находиться как на корнях слов, так и на приставках, суффиксах и окончаниях.

В значительной части частотной лексики ударение является подвижным, т. е. может менять место при словоизменении (например, в ед. ч. «женА», «женЫ» и т. д., но во мн. ч. «жЁны», «жЁнам» и т. д.) и словообразовании (например, «столА», «столУ» и т. д., «столЫ», «столОв» и т. д. с постоянным ударением на окончании, но «стОлик», «стОлика» и т. д.).

Многие другие слова имеют постоянное ударение на основе — «бАба», «бАбы» и т. д.; «крУжка», «крУжки» и т. д.

Схему распределения ударений в конкретном слове называют его акцентной кривой. Акцентные кривые, свойственные грамматическим классам в отвлечении от конкретных слов, рассматриваются как акцентные парадигмы.

В русском языке имеются разные типы акцентных парадигм:
— с постоянным ударением на основе (ср. «вИжу», «вИдишь» и т. д.),
— с постоянным ударением на окончании (ср. «сижУ», «сидИшь» и т. д.),
— с подвижным ударением (которое падает то на основу, то на окончание: ср. «хожУ», но «хОдишь» и т. д.).

Подвижность ударения используется в русском языке в качестве дополнительного (наряду с главным — окончанием) средства выражения грамматических значений, как в приведенном противопоставлении форм единственного и множественного числа слова «жена».

Еще один пример — противопоставление при помощи ударения формы 1-го лица единственного числа всем остальным формам в парадигме спряжения некоторых глаголов: «дарЮ» — но «дАришь», «дАрит», «дАрим», «дАрите», «дАрят».

Этой модели на протяжении XIX—XX вв. подчинились многие глаголы 2-го спряжения: «варЮ» — «вАришь», «солЮ» — «сОлишь», «тащУ» — «тАщишь» и мн. др. вместо старых «варЮ» — «варИшь, «солЮ» — «солИшь», «тащУ» — «тащИшь».

В русском языке есть такие морфемы, на которые не может падать ударение (например, суффикс существительных мужского рода -тель всегда безударный — «водИтель», «хранИтель», «читАтель» и др.), но есть и такие, которые всегда находятся под ударением (например, приставка вы- в глаголах совершенного вида — «вЫнести», «вЫнесу», но «нестИ», «несУ»).

Ударение может быть тесно связано с окончанием.
Так, окончание И. п. мн. ч. -а/-я существительных мужского рода, в отличие от окончания -ы/-и, всегда находится под ударением (ср. «лесА», «мастерА», «тополЯ», «учителЯ», но «столЫ» и «стОны», «дикарИ» и «тОкари»), что отражается и в конкурирующих вариантах, причем независимо от их соответствия литературной норме: «профессорА» — «профЕссоры», «договОры» — «договорА», «кАбели» — «кабелЯ», «тОрты» — «тортЫ» — «тортА» и многие другие.

Такая связь была давно замечена учеными, и ее в качестве одного из аргументов использовал еще М. В. Ломоносов в полемическом стихотворении «Искусные певцы всегда в напевах тщатся» (1753 г.):

«В музыке что распев, то над словами сила <ударение>;
Природа нас блюсти закон сей научила.
Без силы “бЕреги“, но с силой “берегА“,
И “снЕги“ без нея мы говорим “снегА“;
Довольно кажут нам толь ясные доводы,
Что ищет наш язык везде от “и“ свободы».

Также замечено, что новые формы И. п. мн. ч. на -а/-я не появляются у существительных, которые в единственном числе имеют ударение на последнем слоге неодносложной основы. Так, не образуются, а если образуются, то не приживаются в языке формы на -а/-я у таких существительных, как «дирижЁр», «пирОг», «кобЕль» и т. п. Поэтому есть «кабелЯ» при «кАбель», но нет «кобелЯ» при «кобЕль». Формы «шоферА» и «договорА» появились при формах «шОфер» и «дОговор», а не при «шофЁр» и «договОр».

Как видно, морфология очень сильно вторгается в сферу русского словесного ударения, что вытекает из его подвижности. Словесное ударение в русском языке тесно связано со смыслом, с планом содержания морфем, с морфологическими категориями.

То есть всё примерно как и хотел Дениэл Эк, CEO Spotify

Все любят рекомендательные алгоритмы Spotify
Но у каждого алгоритма есть обратная сторона или уязвимость, и всегда найдутся те, кто ею воспользуется

Алгоритмы Тиктока, например, вынуждают музыкантов создавать потенциально вирусные биты или строчки в песне
Spotify же вынуждает их подстраиваться под себя: создавать более кликабельные обложки и названия треков, групп, исполнителей, которые оптимизированы под поисковые запросы

Некоторые умельцы поставили этот процесс на поток, как например компания submitmusic.io, которая выкупает композиции у исполнителей, выдумывает все метаданные, а затем создает из них готовые треки под Spotify, единственная цель которых — получить отчисления за прослушивания

То есть всё примерно как и хотел Дениэл Эк, CEO Spotify
Недавно в одном интервью он намекнул исполнителям, что если они недовольны размером заработка со стримингов, то им нужно делать упор не на качество, а на количество релизов

Конечно, можно с ним поспорить, но ведь Spotify никогда и не собирался оценивать и ранжировать именно качество самой музыки
Их задача — предоставлять пользователям то, что они хотят слушать

Поэтому платформа продолжит наводняться группами, MC, исполнителями, о которых даже при большом желании вы ничего не нагуглите, не сходите на их концерт, не купите мерч
Да и зачем?
Теперь зато вы найдете плейлист под любой вкус, настроение или событие
Музыка в эпоху Spotify стала сугубо утилитарным инструментом

https://onezero.medium.com/why-spotify-has-so-many-bizarre-generic-artists-like-white-noise-baby-sleep-c9ce09dc9002

Популярная теория о том, что занятия музыкой способствуют детскому развитию, оказалась неверна

К такому выводу пришла команда ученых, проведя анализ крупных исследований на эту тему
Результаты показали, что музыка улучшает способности ребенка не больше, чем другие дисциплины, и совершенно не влияет на навыки, не связанные с ней

Исследования, которые стремятся выявить связь между обучением музыке и развитием детей, дают противоречивые результаты
Одни показывают, что занятия серьезно влияют на когнитивные способности, другие находят эффект незначительным или нулевым

Ученые Джованни Сала из Университета здравоохранения Фудзита в Японии и Фернанд Гобет из Лондонской школы экономики и политических наук проанализировали существующие данные
Они изучили 54 работы, проведенные в период с 1986 по 2019 год: в общей сложности в них были данные почти о семи тысячах детей

Авторы выяснили, что дополнительные занятия музыкой не улучшают когнитивные навыки и академическую успеваемость, вне зависимости от возраста ребенка и продолжительности обучения
Их выводы опубликованы в журнале Memory & Cognition

Они также отметили, что на результаты старых исследований влиял порядок их проведения
Работы, включавшие контрольную группу детей, которые посещали дополнительно не занятия музыкой, а спортивные секции или уроки рисования, не демонстрировали особого влияния именно музыкального образования
Слабые эффекты находили в двух случаях: если контрольная группа отсутствовала или выборка участников не была случайной

«Наше исследование показывает, что идея о том, что «музыка делает детей умнее», неверна
Оптимизм исследователей по поводу преимуществ музыкального обучения представляется неоправданным и может быть вызван неправильной интерпретацией предыдущих эмпирических данных», — заявил Сала
Он считает, что попытки улучшить когнитивные способности ребенка с помощью занятий музыкой бессмысленны
Их преимущества — лучшая игра на инструментах и восприятие музыки — не распространяются на другие навыки, например на математические способности

По мнению авторов работы, пока провели слишком мало исследований, чтобы ученые могли говорить о положительном влиянии музыкального обучения на когнитивные и академические способности ребенка
Тем не менее они считают, что нужно продолжать изучение эффектов, которые оно может дать. «Музыкальное обучение, однако, может быть полезным для детей: например, повышать их самооценку и улучшать социальные навыки, — добавляет Фернан Гобе
— Некоторые его элементы, например разные типы нотации, могут помочь в изучении других дисциплин»

https://www.dropbox.com/s/ng69fyknzjnr4u5/MC%20Sala_Gobet_music%20training_final.pdf?dl=0
https://naked-science.ru/tags/muzyka
https://naked-science.ru/tags/kognitivnye-sposobnosti
https://naked-science.ru/tags/muzykalnoe-obrazovanie
https://naked-science.ru/tags/navyki

У знатока и мастера Игра свободно уходила от начальной темы в бескрайние комбинации

"Причиной гибели государства Чу было то, что там придумали волшебную музыку. Ведь такая музыка, хотя она достаточно бурная, в действительности удалилась от сути музыки. Поскольку она удалилась от сути подлинной музыки, музыка эта не радостна. Если музыка не радостна, народ ропщет, и жизни причиняется вред. Все это получается оттого, что пренебрегают сутью музыки и стремятся к бурным звучаниям.
....
Чего, однако, еще не хватало Игре в то время, так это универсальности, способности подняться над специальностями. Астрономы, эллинисты, латинисты, схоласты, музыковеды играли по остроумным правилам в свои игры, но для каждой специальности, для каждой дисциплины и ее ответвлений у Игры был свой особый язык, свой особый мир правил. Прошло полвека, прежде чем был сделан первый шаг для преодоления этих границ. Причина такой медленности была, несомненно, скорее нравственная, чем формальная и техническая: средства для преодоления границ уже нашлись бы, но со строгой моралью этой новой духовности была связана пуританская боязнь «ерунды», смешения дисциплин и категорий, глубокая и вполне правомерная боязнь впасть снова в грех баловства и фельетона.
...
Он открыл для игры в бисер принципы нового языка, языка знаков и формул, где математике и музыке принадлежали равные доли и где можно было, связав астрономические и музыкальные формулы, привести математику и музыку как бы к общему знаменателю. Хотя развитие на том отнюдь не кончилось, основу всему, что произошло в истории нашей драгоценной Игры позднее, этот неизвестный из Базеля тогда положил.

Игра в бисер, когда-то профессиональная забава то математиков, то филологов, то музыкантов, очаровывала теперь все больше и больше подлинных людей духа. Ею занялись многие старые академии, ложи и особенно древнейшее Братство паломников в Страну Востока. Некоторые католические ордена тоже почуяли тут духовную свежесть и пришли от нее в восторг; особенно в некоторых бенедиктинских обителях Игре уделяли такое внимание, что уже тогда встал со всей остротой всплывавший порой и впоследствии вопрос: следует ли церкви и курии терпеть, поддерживать или запретить эту игру.

После подвига базельца Игра быстро сделалась тем, чем она является и сегодня – воплощением духовности и артистизма, утонченным культом, unio mystica[5] всех разрозненных звеньев universitas litterarum. В нашей жизни она взяла на себя роль отчасти искусства, отчасти спекулятивной философии, и во времена, например, Плиния Цигенхальса ее нередко определяли термином, идущим еще от литературы фельетонной эпохи, когда он обозначал вожделенную цель предчувствовавшего кое-что духа, – термином «магический театр».

Если техника, если объем материала Игры выросли с ее начальных пор бесконечно и если в части интеллектуальных требований к игрокам она стала высоким искусством и наукой, то все же во времена базельца ей еще не хватало чего-то существенного. Дотоле каждая ее партия была последовательным соединением, группировкой и противопоставлением концентрированных идей из многих умственных и эстетических сфер, быстрым воспоминанием о вневременных ценностях и формах, виртуозным коротким полетом по царствам духа. Лишь значительно позднее в Игру постепенно вошло понятие созерцания, взятое из духовного багажа педагогики, но главным образом из круга привычек и обычаев паломников в Страну Востока. Обнаружился тот недостаток, что фокусники от мнемоники, лишенные каких бы то ни было других достоинств, могут виртуозно разыгрывать виртуозные и блестящие партии, ошарашивая партнеров быстрой сменой бесчисленных идей. Постепенно на эту виртуозность наложили строгий запрет, и созерцание стало очень важной составной частью Игры, даже главным для зрителей и слушателей каждой партии. Это был поворот к религиозности. Задача заключалась уже не только в том, чтобы быстро, внимательно, с хорошей тренировкой памяти следовать умом за чередами идей и всей духовной мозаикой партии, возникло требование более глубокой и душевной самоотдачи. После каждого знака, оглашенного руководителем Игры, проходило тихое, строгое размышление об этом знаке, о его содержании, происхождении, смысле, что заставляло каждого партнера ярко и живо представить себе значения этого знака. Технику и опыт созерцания все члены Ордена и игровых общин приносили из элитных школ, где искусству созерцания и медитации отдавалось очень много сил. Это предотвратило вырождение иероглифов Игры в простые буквы.

Дотоле, кстати сказать, игра в бисер, несмотря на ее популярность среди ученых, оставалась делом сугубо частным. Играть в нее можно было одному, вдвоем, большой компанией, и особенно остроумные, хорошо построенные и удачные партии, случалось, записывались, становились известны, вызывали восторги или критиковались в разных городах и краях. Но только теперь Игра стала медленно приобретать новое назначение, став общественным праздником. Частная игра никому не заказана и сегодня, и усердствует в ней особенно молодежь. Но сегодня при словах «игра в бисер» каждый, пожалуй, подумает прежде всего о торжественных, публичных играх. Они проходят под руководством небольшого числа превосходных мастеров, возглавляемых в каждой стране так называемым Ludi magister, мастером Игры, при благоговейной сосредоточенности приглашенных и напряженном внимании слушателей со всех концов мира; иные из этих игр длятся по нескольку дней или недель, и в течение торжеств такой игры все ее участники и слушатели живут по строгим инструкциям, определяющим даже продолжительность сна, воздержной и самоотверженной жизнью абсолютного отрешения от мира, похожей на строго регламентированную, аскетическую жизнь, какую вели участники радений святого Игнатия.

К этому мало что можно прибавить. При чередующемся главенстве то одной, то другой науки или искусства игра игр превратилась в некий универсальный язык, дававший возможность игрокам выражать и соотносить разные значения в осмысленных знаках. Во все времена Игра находилась в тесной связи с музыкой и протекала обычно по музыкальным или математическим правилам. Одна, две, три темы устанавливались, исполнялись, варьировались, претерпевая совершенно такую же судьбу, как тема фуги или части концерта. Партия, например, могла исходить из той или иной астрономической конфигурации, или из темы какой-нибудь фуги Баха, или из какого-нибудь положения Лейбница или упанишад,[6] и, отправляясь от этой темы, можно было, в зависимости от намерений и способностей игрока, либо продолжать и развивать предложенную основную идею, либо обогащать ее выражение перекличкой с идеями, ей родственными. Если, например, новичок был способен провести с помощью знаков Игры параллель между классической музыкой и формулой какого-нибудь закона природы, то у знатока и мастера Игра свободно уходила от начальной темы в бескрайние комбинации. Долгое время определенная школа игроков особенно любила сопоставлять, вести навстречу друг другу и наконец гармонически сводить вместе две враждебные темы или идеи, такие, например, как закон и свобода, индивидуум и коллектив, причем большое значение придавалось тому, чтобы провести обе темы или тезы совершенно равноценно и беспристрастно, как можно чище приводя к синтезу тезис и антитезис. Вообще партии с негативным или скептическим, дисгармоническим окончанием были, за некоторыми гениальными исключениями, непопулярны и временами даже запрещены, и это было глубоко связано со смыслом, который приобрела для игроков в своем апогее Игра. Она означала изысканную, символическую форму поисков совершенного, возвышенную алхимию, приближение к внутренне единому над всеми его ипостасями духу, а значит – к богу. Подобно тому, как религиозные мыслители прежних времен представляли себе жизнь тварей живых дорогой к богу и только в божественном единстве усматривали полную завершенность многообразного мира явлений, – примерно так же фигуры и формулы Игры, строившиеся, музицировавшие и философствовавшие на всемирном, питаемом всеми искусствами и науками языке, устремлялись, играя, к совершенству, к чистому бытию, к сбывшейся целиком действительности. «Реализовать» было у игроков любимым словом, и на свою деятельность они смотрели как на путь от становления к бытию, от возможного к реальному. Да позволят нам здесь еще раз напомнить вышеприведенные положения Николая Кузанского.

Кстати сказать, выражения из области христианского богословия, если они были классически сформулированы и казались поэтому всеобщим культурным достоянием, тоже, конечно, вошли в систему условных знаков Игры, и какое-нибудь, например, из главных понятий веры, какое-нибудь место из Библии, какую-нибудь цитату из сочинения отца церкви или из латинского литургического текста можно было так же легко и точно выразить и включить в партию, как какую-нибудь аксиому геометрии или мелодию Моцарта.
..."