Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Считается, что мозг начал расти у людей благодаря мясной пище и охоте

Ученые из Израиля и Португалии провели исследование, посвященное реконструкции питания наших предков, и выяснили, что их диета в плейстоцене могла состоять почти полностью из мяса.

Работа опубликована в American Journal of Physical Anthropology

Считается, что мозг начал расти у людей благодаря мясной пище и охоте. Однако ученые полагают, что изначально наши далекие предки были насекомоядными, затем — фруктоядными, а после — и всеядными, то есть питались тем, что найдут, включая коренья, фрукты и падаль. Затем они научились охотиться сами, но продолжали есть и растительную пищу.

Ученые из Тель-Авивского университета (Израиль) и Университета Миньо (Португалия) пришли к выводу, что предки в плейстоцене (начиная от 2,5 миллиона лет назад, как раз когда появились первые Homo, и до 11,7 тысячи лет назад) питались в основном мясом. По их мнению, только исчезновение мегафауны (например, мамонтов) привело к тому, что люди вновь перешли к более всеядной диете, а затем стали искусственно развивать животноводство.

Исследование заключалось в анализе около 400 работ из различных научных дисциплин. Большинство их касалось современной генетики, метаболизма, физиологии и морфологии человека. Так, один из ярких примеров, по мнению авторов исследования, — кислотность человеческого желудка, которая высока, если сравнивать со всеядными животными и даже с некоторыми хищниками. Поддержание и производство повышенной кислотности требует большого количества энергии, а ее наличие свидетельствует о потреблении продуктов животного происхождения (поскольку сильная кислотность защищает желудок от вредных бактерий, содержащихся в мясе).

По мнению исследователей, наши предки, охотясь на мегафауну, могли есть мясо в течение нескольких дней и даже недель, отчего оно портилось. Это, как они считают, и вызвало в том числе повышение кислотности желудка. Однако выводы сделаны не только на основе кислотности желудка, но и на генетике, а также структуре жировых клеток человека, которые схожи с таковыми у хищников. Дело в том, что в организме всеядных животных жир сохраняется в относительно небольшом количестве крупных жировых клеток, а у хищников и людей — наоборот, в большом количестве мелких клеток.

Подобные заключения дополнились археологическими свидетельствами — например, исследованиями стабильных изотопов в костях наших предков, которые показывают, что люди специализировались на охоте на крупных и средних по размеру животных с высоким содержанием жира в организме. И лишь начиная примерно с 85 тысяч лет назад в Африке и примерно с 40 тысяч лет в Европе и Азии наши предки стали постепенно вводить в рацион все больше растительной пищи.

К таким выводам, впрочем, стоит относиться аккуратно, поскольку свидетельств полномасштабной охоты на крупных зверей в Африке нет. И даже позднее, когда люди пришли в северные широты, добыча мамонта, вопреки устоявшемуся мнению, была далеко не гарантированной, а многие популяции древних людей вообще не показывают следов охоты на таких животных.

https://onlinelibrary.wiley.com/doi/10.1002/ajpa.24247

Мои твиты

Collapse )

Поисковая активность

Поисковая активность - ключевой фактор развития мозга позвоночных. Поисковая активность - это активность живого организма не обусловленная утилитарной необходимостью.

По крайней мере, такая необходимость для внешнего наблюдателя незаметна. Особенно ярко проявляется такая активность в детском возрасте. Куда они только не залезут, эти дети. Каких только сюрпризов они не поднесут родителям. В дальнейшей, взрослой жизни люди подразделяются на две категории - одни сохраняют высокий уровень поисковой активности на протяжении всей жизни, другие же, став взрослыми утрачивают эту активность, и живут вполне благополучно до самой смерти. Что же ищут при поисковой активности и что находят в конечном итоге?
Ищут границы своих возможностей. "Я сам" - говорит ребенок и берется за дело, которое может и не выгореть. Может получиться, а может и нет, но в итоге остается навык решения каких-то задач. В природе животные быстро обретают знание о границах своих возможностей, и всю оставшуюся жизнь пользуются этим знанием. Те же животные, которые злоупотребляют поисковой активностью, легко достигают границы, за которой начинается безжизненная (для особи, а то и для вида) зона. Ареал вида заселен неравномерно, в центре его живут особи с невысокой поисковой активностью, они вовремя созрели, обрели необходимые навыки для жизни и занимаются внутривидовой конкуренцией в полном соответствии с последними достижениями западной философии. Периферия ареала граничит с безжизненной для вида зоной, здесь хорошо разогнавшись и плохо рассчитав легко перешагнуть границу ареала и лоб в лоб столкнуться с неизведанным. Как себя вести в этой ситуации, естественно, неизвестно, и так же неизвестны перспективы бытия, а жить хочется. Так что из пограничников выживет тот, кто больше знает об окружающем мире. Таким образом поисковая активность на границе ареала не теряет своей актуальности в любом возрасте.
Человек, биологический вид, находящийся на острие эволюции позвоночных, существующих не менее полумиллиарда лет, несет в своем наследственном материале чисто химическую память о жизни в разных зонах ареала. Не надо забывать и о том, что условия жизни на земле порой кардинально изменялись, порой достаточно быстро. Если в стабильных условиях преимущество имели те, кто быстро учились самому необходимому и более не утруждали себя поисковой активностью, то при катастрофах на земной поверхности они моментально погибали. В условиях катастроф же преимущество имели недавние аутсайдеры, пограничники, занимавшиеся поиском в ущерб конкурентоспособности. Вследствие этого человек имеет выбор - он может быстро научиться всему необходимому для успешной конкуренции и предаваться этому чисто животному занятию всю оставшуюся жизнь. Не менее успешно человек может продолжать заниматься поисковой активностью тоже всю жизнь. Не обсуждая вопроса о том, что лучше, отметим, что в детстве организм растет, растет головной мозг, совершенствуется управление движениями (Н.А.Бернштейн) и совершенствуются коммуникации. Эти два направления развития мозга сходятся в единой точке, воплощающей главное отличие человека от животного - в речи. Сама речь (не только средство коммуникации, но и аппарат мышления) на протяжении бытия человека так же претерпела эволюционные изменения (от речи звуковой через письменную к искусственным языкам как основам наук).
Собственно, я хотел сказать, что в онтогенезе ребенку приходится преодолевать несколько барьеров, требующих созревания новых нервных центров, или установления новых связей между уже существующими нервными центрами. Такие переходы обеспечены повышенной поисковой активностью, что в свою очередь требует создания определенной педагогической среды, которая с одной стороны способствовала бы стимуляции поисковой активности, а с другой стороны гарантировала бы безопасность для жизни. Эти два требования - взаимно противоречивы, и создание наилучшей педагогической среды на каждом этапе освоения навыков жизни есть задача нетривиальная. Эта задача усложнена еще одним противоречием. Совокупность осваиваемых навыков движения на уровне локомоций легко выражается в терминах конкуренции, но усвоение предметной деятельности индивидуально только на начальных этапах. Та же предметная деятельность на уровне инженера, технолога или конструктора принципиально не индивидуальна, требует сотрудничества, а следовательно и определенных навыков коммуникации. Таким образом, формирование педагогической среды осложнено не только противоречием между поисковой активностью и безопасностью, но и противоречием между необходимостью и соревнования и сотрудничества.
При выходе человечества из животного мира в рукотворный мир людей такая педагогическая среда была сформирована только отчасти стихийно, главным же образом усилиями гениев неолита. До наших дней остатки знаний о творении педагогической среды дошли в виде семейных и общинных традиций. Но человек давно вышел из семьи и общины и построил государство. Если семья и община были построены на разумных основаниях формирующейся речи, то государство строилось на инстинкте самосохранения, его иерархическая структура имеет корни в животной стае. Жизнь в государстве сама по себе не стимулирует животные инстинкты. А вот стремление занять центр ареала (наиболее благоприятные для жизнеобеспечения места обитания), само по себе доставшееся нам от животных предков, обеспечивается подавлением человеческих (семейных и общинных) отношений. Таким образом, человечество не только во многом утратило полученное с неолитической традицией умение создавать оптимальную для развития мозга педагогическую среду, но и, бездумно создавая новые педагогические традиции, связанные с жизнью в государстве, наносит дополнительный удар по несформированным мозгам детей. Результаты этой бездумности мы наблюдаем в виде хилого, болезненного и хромого разумом детского поголовья, причем эта хилость, болезненность и хромота усиливаются на глазах одного поколения и видны уже невооруженным наукой глазом.

Обнаруженный двухкомпонентный белок и является средством передачи внутрь клетки сигнала...

C помощью вычислительных методов, разработанных Институтом математических проблем биологии РАН, удалось расшифровать структуру необычной сигнальной системы анаммокс-бактерий. Эти бактерии играют ключевую роль в круговороте азота на Земле.
Анаммокс-бактерии были открыты в самом конце XX века и быстро нашли применение для промышленной очистки сточных вод от азотного загрязнения. Оно представляет серьёзную проблему из-за повсеместно и в изобилии применяемых в сельском хозяйстве азотных удобрений.
Выяснилось, что анаммокс-бактерии поглощают ионы аммония и нитрита, превращая их в воду и молекулярный азот, являющийся основным компонентом земной атмосферы. Причём они не прекращают это делать даже при очень низкой концентрации аммония! Вдобавок процесс преобразования происходит в бескислородной среде, то есть без расхода кислорода!
Бактерия лишена органов чувств. Каким образом она находит аммоний в окружающей среде? Чёткая передача сигнала через внешнюю оболочку клетки — один из важнейших вопросов современной биологии. Понимая механизмы передачи сигнала, можно научиться управлять такими бактериями!
Соответственно, учёных заинтересовал необычный белок, обнаруженный в одном из видов анаммокс-бактерий. Последовательность аминокислот этого белка содержала необычную комбинацию двух разнотипных частей.
Первая часть оказалась похожа на структуру трансмембранных белков, которые пронизывают клеточную мембрану насквозь и передают внутрь клетки ионы аммония. Вторая часть напоминает белки гистидин-киназы - они часто присутствуют в системах передачи сигнала из наружной среды внутрь клетки. Передача сигнала представляет собой цепь последовательных биохимических реакций. У этой молекулы поступление сигнала происходит фосфорилированием гистидина, то есть путём присоединения к боковой цепи гистидина остатка фосфорной кислоты.
В результате исследователи выдвинули гипотезу, что обнаруженный двухкомпонентный белок и является средством передачи внутрь клетки сигнала о наличии аммония во внеклеточной среде.
Учёные установили, что первая, трансмембранная часть белка бактерии не несёт транспортных функций. Она не передаёт аммоний внутрь клетки, а сама соединяется с ним. На языке биологов у неё появляются «центры связывания высокой чувствительности». Соединение с аммонием в этих центрах приводит к изменению конфигурации белка в пространстве. Проще говоря, он начинает двигаться. Это изменение передаётся на гибко сочлененную с трансмембранной частью киназную часть и приводит к биохимической реакции - фосфорилированию аминокислотного остатка гистидина. А эта реакция и есть сигнал о наличии во внешней среде аммония!
Пространственную структуру белков устанавливают путём рассеяния рентгеновских лучей на молекулах исследуемого белка. Наиболее детальную информацию удаётся получить, если белок кристаллизовать, то есть уложить множество его молекул в кристаллическую решётку. Это приводит к радикальному усилению рассеянных лучей и более чёткой картинке. Однако при работе с исследуемым белком получение высококачественных кристаллов существенно усложняло наличие гибкой двухкомпонентной системы. Внутренняя гибкость этого модульного белка оказалась серьёзным препятствием для определения его структуры! В итоге его полную структуру удалось определить, лишь применив специальные математические подходы, разработанные в ИМПБ РАН для исследования структур плохо упорядоченных кристаллов.
«Полученные кристаллы белка не позволяли определить структуру киназной части системы стандартными методами биологической кристаллографии. Поэтому мы применили математические методы, которые позволили распознать структуру и пространственную конфигурацию белка», - подвёл итог этой работе заведующий лабораторией Кристаллографии макромолекул ИМПБ РАН Владимир Лунин.
Исследование проводилось совместно с возглавляемой Сюзанной Андраде группой учёных из Университета Фрайбурга (Германия), а также с коллегами из Европейской молекулярно-биологической лаборатории в Гамбурге (Германия) и Университета Неймегена (Нидерланды).
Его ход и результаты опубликованы в журнале Nature Communications.

Стереоскопическое зрение богомола явно превосходит человеческое

Биологи обнаружили у богомолов новый механизм стереоскопического зрения, не характерный для других животных.

Вместо того, чтобы сравнивать изображение, получаемое левым правым глазом, богомолы находят области, в которых меняется освещенность, и оценивают расстояние до объекта по изменению освещенности с течением времени, пишут ученые в Current Biology.

В основе стереоскопического зрения животных лежит небольшое различие между изображениями, которые попадают в зрительное поле левого и правого глаза. Основываясь на разнице между этими изображениями, можно не только получить информацию о внешнем виде объекта, но и оценить расстояние до него. Простейший тип стереоскопического зрения — бинокулярное зрение, когда зрительную информацию получают два глаза. Известно, что многие насекомые для получения изображений используют и большее количество глаз (омматидиев), однако единственное насекомое, о стереоскопическом зрении которого известно достоверно, — это богомол.

Общие принципы построения трехмерного изображения из информации, получаемой зрительной системой, достаточно хорошо изучены для большинства позвоночных животных (в первую очередь, млекопитающих и птиц). Об особенностях стереоскопического зрения богомола до настоящего дня было известно мало.

Группа биологов из Университета Ньюкасла под руководством Вивека Нитьянанды (Vivek Nityananda) изучила механизм стереозрения у богомолов с помощью эксперимента, который до этого использовался для подтверждения его наличия: в одной из предыдущих работ. На богомолов надевали специально разработанные очки с оптическими фильтрами: такие фильтры позволяют показывать разные картинки для левого и правого глаза. Изображения-стимулы транслировались с экрана монитора, расположенного на расстоянии 10 сантиметров от насекомого. Для того, чтобы оценить воздействие того или иного стимула на богомола, для показа выбрали те изображения, реакция насекомого на которые известна (например, движения конечностями).

Для оценки точных механизмов стереоскопического зрения ученые показывали богомолам несколько изображений, состоящих из движущихся и статичных точек. Изображения для левого и правого глаза богомола различались, при этом картинка была составлена таким образом, что в каждом отдельном кадре для каждого глаза выделить движущийся целевой объект среди статичного фона было невозможно.

Чтобы определить, насколько для анализа стимула важно согласование между статичной частью изображений для левого и правого глаза, ученые в эксперименте использовали несколько различных комбинаций согласованности статичной и движущейся частей изображения. Для этого авторы работы разработали несколько различных траекторий движущихся точек, которые соответствовали различным виртуальным положениям объекта (на экране, перед экраном или с вообще не пересекающимися лучами), чтобы понять, каким образом устанавливается соответствие между объектами, движущимися в правом и левом зрительном поле. Для сравнения принципов стереоскопического зрения аналогичный эксперимент с теми же самыми изображениями провели с участием людей.

Оказалось, что, в отличие от зрения позвоночных животных, основанного на сравнении картин освещенности, получаемых левым и правым глазом, богомол сравнивает не саму освещенность, а ее изменение с течением времени. При этом, что интересно, и положение движущегося объекта, и картина фона, видимые правым и левом глазом, могут быть не полностью согласованы, что не мешает точно оценить расстояние до объекта.

Исследователи отмечают, что обнаруженный механизм зрения позволяет очень точно определять расстояние до движущихся объектов. При этом, однако, не очень понятно, насколько хорошо стереоскопическое зрения богомола работает для статичных предметов. Кроме того, по словам биологов, стереоскопическое зрение богомола явно превосходит человеческое в том случае, когда изображения, получаемые в два зрительных поля, не соответствуют друг другу.

Авторы работы отмечают, что поскольку модели стереоскопического зрения используют для создания искусственных оптических элементов, алгоритмов обработки изображений и компьютерного зрения, то и обнаруженный механизм зрения богомолов может оказаться довольно полезным для увеличения эффективности их работы.

http://www.cell.com/current-biology/fulltext/S0960-98..

Collapse )

Не все рыбы плавают одинаково, а некоторые и вовсе не плавают

Примитивные и древние скаты могли «ходить» еще более 400 млн лет назад, подготовив освоение суши, которое началось лишь на десятки миллионов лет позже.

Не все рыбы плавают одинаково, а некоторые и вовсе не плавают. Древние и примитивные хрящевые рыбы, ежовые скаты Leucoraja erinacea, могут даже «бегать» по дну Северной Атлантики в поисках пищи. Джереми Дасен (Jeremy Dasen) из Нью-Йоркского университета и его коллеги обнаружили, что при этом работу их мускулов контролируют те же нейронные паттерны, что и у позвоночных суши.

А поскольку наши эволюционные пути разошлись более 400 млн лет назад, можно заключить, что ходьба стала развиваться задолго до выхода первых животных на сушу, который произошел, насколько известно, лишь на 50 млн лет позднее. Об ученые этом пишут в статье, опубликованной журналом Cell.

Переход от плавания с помощью плавников к хождению на «ногах» требует изменений не только конечностей, их скелета и мышц, но и всего локомоторного управления. В частности, для плавания активно используются изгибы позвоночника, тогда как четырех- и двуногие жители суши, как правило, поддерживают его неподвижным.

Долгое время считалось, что необходимые изменения происходили постепенно, по мере освоения древними животными береговой зоны, а затем самой суши. Однако ежовые скаты, которые и не думают покидать океан, движутся уже весьма похоже на жителей суши.

«Leucoraja демонстрируют ключевые локомоторные характеристики четырехногих, включая чередование правой и левой конечности, возвратно-поступательное вытягивание и сокращение тазовых плавников», – пишут ученые. Их тазовые плавники весьма напоминают примитивные «ноги», поочередно сгибаясь и разгибаясь. Это приводит в движение приросшие к ним широкие передние плавники, позволяя плавать. А на самом дне задние плавники дают возможность и почти настоящей «ходьбы».

Характер движения, как и общий план тела позвоночных, задается генами группы Hox – например, отключение некоторых из них подавляет развитие конечностей у змей. Поэтому ученые сопоставили активность Hox-генов у ежовых скатов и у мышей, обнаружив неожиданные сходства.

В частности, у тех и других активность проявляют Hox6/7 и Hox10, необходимые для развития нейронных сетей, управляющих моторикой конечностей. Иначе говоря, уже у этих примитивных хрящевых произошли базовые изменения генома, позволяющие развивать «сухопутные» конечности и соответствующий характер движений.

По современным оценкам, наши эволюционные пути разошлись еще 420 млн лет назад, а значит, уже тогда общие предки акул и позвоночных суши начали осваивать ходьбу – за десятки миллионов лет до того, как совершился выход на сушу. По словам Джереми Дасена, этот вывод крайне знаменателен: «Тетраподам не понадобилось "изобретать" всю новую систему передвижения с нуля, – говорит он. – У них уже имелись наготове все основные ее детали»

Collapse )

«ПРАВА МАТЕРИИ И НИЗШИХ СУЩЕСТВ И ОБЯЗАННОСТИ ВЫСШИХ» (Циолковский К.Э.)

Распоряжаются вселенной разумные, сознательные и могущественные существа. Но и они подвергаясь преобразованию, живут в образе растений, животных и неорганической материи. Во всех этих образах они хотят иметь одно из двух: или счастливую жизнь, или мирный сон небытия. Их интерес в том, чтобы не подвергаться ни в каких формах страданию. Это есть истинный эгоизм всякой материи, это есть вывод разума, несколько познавшего природу и её законы. Как же достигнуть исполнения этого желания?

Мёртвая материя бессильна, растения и низшие существа, кроме того, неразумны. Поэтому ни те, ни другие не могут иметь обязанностей. Но они имеют права быть счастливыми и могущественными. Осуществляются же эти права сознательными существами.

Перечислим сначала эти права, которыми, конечно, воспользуются и сознательные, когда перейдут в небытие.

  1. ПРАВО НЕОРГАНИЧЕСКОЙ МАТЕРИИ в следующем:

А. Возникать в образе растений и близких к ним по своей
слабой чувствительности низших животных;
Б. Возникать в образе высших счастливых существ. Иное неразумно, потому что погружает космос в муки и бессилие: значит и нас самих, так как мы — материя или часть космоса.

  1. ПРАВА РАСТЕНИЙ и близких к ним животных таковы:
Collapse )

Звуковые коммуникации — далеко не редкость среди животных

Искусственный интеллект обнаружил, что разные семьи голых землекопов вырабатывают собственные диалекты, которые помогают им определять своих и чужих

Звуковые коммуникации — далеко не редкость среди животных
Однако лишь некоторые из них пользуются голосом достаточно гибко и создают диалекты, специфические для разных групп и популяций
Такие особенности известны у китообразных, рукокрылых, у некоторых птиц и, конечно, приматов

А недавно этот «элитный» список пополнили голые землекопы — грызуны, и без того известные многими необычными особенностями, включая нечувствительность к боли, устойчивость к раку, удивительно длинный срок жизни и эусоциальность
Для грызунов это поразительная способность, резко контрастирующая с большинством вокализаций млекопитающих, которые остаются врожденными, неизменными и наследуются генетически

Голые землекопы живут сложноустроенными семьями, численность которых может достигать пары сотен особей, и постоянно переговариваются

У них известно как минимум 17 различных голосовых сигналов, которые служат важнейшим средством взаимодействия и налаживания отношений внутри групп этих слепых животных, никогда не покидающих темных подземных нор
Поэтому их вокализации способны гибко развиваться и образовывать диалекты

Авторы новой статьи, опубликованной в журнале Science, собрали и проанализировали около 36 тысяч сигналов, записанных у 166 землекопов, живущих в семи различных колониях в лабораториях Германии и ЮАР
Специально подготовленные алгоритмы машинного обучения обнаружили, что представителей разных семей можно определить по голосу

Это подтвердили и эксперименты: при проигрывании записей голые землекопы реагировали на сигнал своих родственников намного активнее, чем на голоса «посторонних» грызунов
Более того, разница сохранялась и при воспроизведении синтетических сигналов, сгенерированных заранее обученным искусственным интеллектом
Животные отвечали лишь на те, которые были созданы на основе их собственного диалекта

Чтобы выяснить, не являются ли особенности вокализаций врожденными, ученые подсаживали новорожденных землекопов в другие семейства
Как правило, они жестоко изгоняют чужаков, но иногда могут и принимать в группу
Оказалось, животные, вырастая в новом окружении, выучивали и диалект своей новой семьи

Любопытно, что гибкая природа диалекта делает его не слишком устойчивым

Авторы работы обнаружили, что в период «анархии» — когда старая «королева» семейства голых землекопов умирает, а новая еще не появляется — особенности речи всей группы начинают размываться

Однако с воцарением следующей самки все возвращается в норму — и в группе закрепляется новый диалект

https://science.sciencemag.org/content/371/6528/503
https://naked-science.ru/article/sci/u-kashalotov-est-dialekty-i-ku
https://naked-science.ru/article/biology/uchenye-obyasnili
https://naked-science.ru/article/biology/ustojchivost-golyh-zemlekopov-k-raku-zavisit-ot-vnutrennej-sredy-organizma
https://naked-science.ru/article/sci/uchenye-raskryli-nepriyatnuyu-pravdu-o
https://naked-science.ru/article/biology/semi-golyh-zemlekopov-obshhayutsya-na-sobstvennyh-dialektah

Кошка, лукошко, мышка, подмышка...

Где все спрятаны?

Некоторые спрятаны очень небрежно

Так, понятно, что глаза спрятаны в слове «воочию»
Впрочем, важно, что здесь спрятано именно два глаза — не больше и не меньше

«Очию» — старая форма местного (по-нашему — предложного) падежа двойственного числа, «воочию» буквально «в двух глазах»

Не составит труда обнаружить женскую грудь в слове «наперсник» (ср. «перси», само слово «наперсник» — это калька с греческого), а палец — в слове «напёрсток»
Слова «перст» — «напёрсток» приводят обычно как пример расхождения соответственно книжного и разговорного произношения одного и того же корня

То же с одновременным смысловым расподоблением — в словах «небо» и «нёбо», «падеж» и «падёж» (скота)

Но в наперстке поместился только один палец
Остальные спрятаны более искусно в слове «перчатка» — от исходного *пьрстъчатъ (буквально 'пальчатый'), которое упростилось после падения редуцированных гласных

Остальные части тела придется поискать

Бедро найдем в слове «берцовый» («берцовая кость») от упрощенного «бедрьце» — 'маленькое бедро', а ляжку в слове «лягушка» (от «ляга» 'нога' — ср. «лягать»)

Мышцу обнаружим «под мышкой»
Один из фонетических процессов праславянского языка (т. н. третья палатализация) осуществлялся непоследовательно, отчего мы имеем один и тот же корень в разных огласовках — с результатами палатализации («проницать») и без них («проникать»)

Движение мышцы похоже на бег мышки, отсюда и название
Тот же перенос в слове латинского происхождения «мускул» (от латинского mūs «мышь»)

Брови упрятаны в слово «белобрысый», буквально 'белобровый', от древнего «бры» 'бровь' (к этому же типу относятся слова «любы» 'любовь', «кры» 'кровь' и др.)
Основа слова, возможно, несколько изменена под влиянием слова «русый»

А вот куда девалась шея?
Некоторые полагают, что ее следует искать в слове «шиворот» ‘воротник’ (от «шея» + «ворот», ср. церковнославянское «шия» 'шея')...

Мухи зажужжали: Ж-ж-ж! Лягушата квакают: Ква-ква-ква! А утята крякают: Кря-кря-кря!

Замяукали котята:
"Надоело нам мяукать!
Мы хотим, как поросята,
Хрюкать!"

А за ними и утята:
"Не желаем больше крякать!
Мы хотим, как лягушата,
Квакать!"

Свинки замяукали:
Мяу, мяу!

Кошечки захрюкали:
Хрю, хрю, хрю!

Уточки заквакали:
Ква, ква, ква!

Курочки закрякали:
Кря, кря, кря!

Воробышек прискакал
И коровой замычал:
Му-у-у!

Прибежал медведь
И давай реветь:
Ку-ка-ре-ку!

Только заинька
Был паинька:
Не мяукал
И не хрюкал -
Под капустою лежал,
По-заячьи лопотал
И зверюшек неразумных
Уговаривал:

"Кому велено чирикать -
Не мурлыкайте!
Кому велено мурлыкать -
Не чирикайте!
Не бывать вороне коровою,
Не летать лягушатам под облаком!"

Но весёлые зверята -
Поросята, медвежата -
Пуще прежнего шалят,
Зайца слушать не хотят
Рыбы по полю гуляют,
Жабы по небу летают,

Мыши кошку изловили,
В мышеловку посадили

А лисички
Взяли спички,
К морю синему пошли,
Море синее зажгли

Море пламенем горит,
Выбежал из моря кит:
"Эй, пожарные, бегите!
Помогите, помогите!"

Долго, долго крокодил
Море синее тушил
Пирогами, и блинами,
И сушёными грибами

Прибегали два курчонка,
Поливали из бочонка

Приплывали два ерша,
Поливали из ковша

Прибегали лягушата,
Поливали из ушата

Тушат, тушат - не потушат,
Заливают - не зальют

Тут бабочка прилетала,
Крылышками помахала,
Стало море потухать -
И потухло

Вот обрадовались звери!
Засмеялись и запели,
Ушками захлопали,
Ножками затопали

Гуси начали опять
По-гусиному кричать:
Га-га-га!

Кошки замурлыкали:
Мур-мур-мур!

Птицы зачирикали:
Чик-чирик!

Лошади заржали:
И-и-и!

Мухи зажужжали:
Ж-ж-ж!

Лягушата квакают:
Ква-ква-ква!

А утята крякают:
Кря-кря-кря!

Поросята хрюкают:
Хрю-хрю-хрю!

Мурочку баюкают
Милую мою:
Баюшки-баю!
Баюшки-баю!