olegchagin

Немножечко историй о том, что откуда выросло

Путешествия Гулливера Джонатана Свифта многие считают детской книгой (особенно читавшее её в переложении для детей). Но на самом деле это книга для умных взрослых. Притом текст читается совсем по-разному в зависимости от образованности читателя.

Например, в главепро Большую Академию в Лагадо самый, пожалуй, известный фрагмент - о знаменитой машине, тасующей таблички для получения нового знания.

«Первый профессор, которого я здесь увидел, помещался в огромной комнате, окруженный сорока учениками. После взаимных приветствий, заметив, что я внимательно рассматриваю раму, занимавшую большую часть комнаты, он сказал, что меня, быть может, удивит его работа над проектом усовершенствования умозрительного знания при помощи технических и механических операций. Но мир вскоре оценит всю полезность этого проекта; и он льстил себя уверенностью, что более возвышенная идея никогда еще не зарождалась ни в чьей голове. Каждому известно, как трудно изучать науки и искусства по общепринятой методе; между тем благодаря его изобретению самый невежественный человек с помощью умеренных затрат и небольших физических усилий может писать книги по философии, поэзии, политике, праву, математике и богословию при полном отсутствии эрудиции и таланта. Затем он подвел меня к раме, по бокам которой рядами стояли все его ученики. Рама эта имела двадцать квадратных футов и помещалась посредине комнаты. Поверхность ее состояла из множества деревянных дощечек, каждая величиною в игральную кость, одни побольше, другие поменьше. Все они были сцеплены между собой тонкими проволоками. Со всех сторон каждой дощечки приклеено было по кусочку бумаги, и на этих бумажках были написаны все слова их языка в различных наклонениях, временах и падежах, но без всякого порядка. Профессор попросил меня быть внимательнее, так как он собирался пустить в ход свою машину. По его команде каждый ученик взялся за железную рукоятку, которые в числе сорока были вставлены по краям рамы, и быстро повернул ее, после чего расположение слов совершенно изменилось. Тогда профессор приказал тридцати шести ученикам медленно читать образовавшиеся строки в том порядке, в каком они разместились в раме; если случалось, что три или четыре слова составляли часть фразы, ее диктовали остальным четырем ученикам, исполнявшим роль писцов. Это упражнение было повторено три или четыре раза, и машина была так устроена, что после каждого оборота слова принимали все новое расположение, по мере того как квадратики переворачивались с одной стороны на другую.
Ученики занимались этими упражнениями по шесть часов в день, и профессор показал мне множество фолиантов, составленных из подобных отрывочных фраз; он намеревался связать их вместе и от этого богатого материала дать миру полный компендий всех искусств и наук; его работа могла бы быть, однако, облегчена и значительно ускорена, если бы удалось собрать фонд для сооружения пятисот таких станков в Лагадо и обязать руководителей объединить полученные ими коллекции».

Для того, кто в теме, сразу открывается потрясающая цепочка. Свифт ссылается на попытку Лейбница создать «алфавит человеческих мыслей», и на этой основе получать точные определения всех понятий. Мысль Лейбница состоял в том, что все человеческие мысли, какими бы сложными они ни были, представляют собой комбинации базовых и фундаментальных понятий — подобно тому, как предложения представляют собой комбинации слов, а слова — комбинации букв. Он верил, что если найдёт способ символически представить эти фундаментальные понятия и разработает метод их логического объединения, то сможет генерировать новые концепции, до которых люди еще не додумались. И это может стать универсальным языком, понятным во всем мире. Напомню, что Лейбниц заложил основы математической логики и создал комбинаторику как науку – комбинаторика возникла как развитие идеи «алфавита человеческих мыслей»

Над этой же идеей работал незаслуженно забытый Атанасиус Кирхер, создавший в XVII веке «машину метафор»

А еще раньше XIV веке логическую машину придумал Раймонд Луллий. Легенда утверждает, что он увидел на листьях маленького чечевичного куста буквы разных алфавитов, от ветра движущихся и сочетающихся в различных комбинациях. Пережив ощущение единства всего мироздания и отражение им божественных атрибутов, Луллий решил свести все знание к комбинации основных принципов и сведению их к единству. Он отправился в монастырь и начал писать там ARS MAGNA («Великое искусство»), книгу, содержащую все ответы на вопросы теологии, метафизики и естественных наук. У Борхеса есть про него прекрасный рассказ «Логическая машина Раймонда Луллия»

А Луллия, в свою очередь, вдохновили работы легендарного каббалиста Авраама Абулафии, который практиковал «хохмат ха-церуф» – «науку о комбинировании букв». Для того, чтобы переконцентрировать сознание, Абулафия ставил в центр внимания еврейский алфавит и письменный язык, как абсолютный объект медитации. А абсолютным объектом медитации было Имя Бога, которое скрывалось в тайном смысле сочетаний букв.

Интересно, что Абулафия основал течение пророческой каббалы, провозгласил себя мессией и собрался встретиться с папой римским для обращения папы в иудаизм. Папа приготовил костёр для его казни, но умер в тот день, когда Абулафия прибыл в его резиденцию. После этого Абулафия почитался как мессия на Сицилии.

(По тексту Dmitry Chernyshev)

Comments for this post were locked by the author