olegchagin

Category:

Российская академия наук официально является высшим экспертным органом в России

Сила и влияние в научной политике, как и в любой иной, состоят из множества элементов, которые сами по себе могут казаться не столь значимыми, но в случае монополизации права на те или иные функции либо в своей комбинации – вполне могут приводить к серьезному усилению того или иного актора. Во многих смыслах научная политика выстраивается таким образом, чтобы не допустить избыточного доминирования того или иного участника взаимодействий.

Российская академия наук официально является высшим экспертным органом в России, концентрируя значительную часть функционала по оценке научно-исследовательских работ в широком смысле слова. При этом в логике системы сдержек и противовесов влияние РАН не абсолютно – часть организаций правительственной подведомственности планируется вывести из-под экспертного контроля, в вопросах аттестации кадров значима роль ВАК, а экспертиза подведов отраслевых ведомств все равно обсуждается в специальных коллегиальных органах, которые в итоге и выносят решение. Впрочем, РАН планируется делегировать право экспертизы всех закупок на научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы ведомств и иных главных распорядителей бюджетных средств.

В настоящее время сложился достаточно устойчивый баланс сил между Академией и Минобрнауки – РАН осуществляет научное и научно-методическое руководство научными институтами, а также фундаментальными и поисковыми исследованиями. Минобрнауки, с другой стороны, осуществляет выработку и реализацию государственной политики, администрирование и финансовое обеспечения работы как университетов, так и НИИ. Мудрость руководства и РАН, и Министерства как раз и состоит в том, что есть четкая установка на прагматику сотрудничества, а также абсолютно обоснованная уверенность в грамотности научно-политического курса самых высших управленческих стран – уровня Администрации Президента и Правительства.

Однако, в научно-политической силе есть и менее заметные, но от того не менее значимые компоненты. Например, контроль над научно-публикационной активностью. И в этих вопросах нужно опускаться на уровень глубже – и смотреть не на формальное распределение полномочий между институтами научно-политической власти, а на деятельность уже отдельных блоков внутри них и между ними.

Ниши плагиата и журнальной политики плотно занял вице-президент РАН Алексей Хохлов, солидаризировавшись в этих вопросах с «Диссернетом», а также радикальным Клубом «1 июля». Он же выступил от Академии при подписании Меморандума о намерениях с компанией Elsevier, оператором Scopus.

В рамках Меморандума предполагается разработать регламент регулярного взаимодействия между РАН и Elsevier с целью создания системы сотрудничества:

  • по вопросам предложения новых российских журналов, отбору и оценки их качества для рассмотрения к возможной индексации в Scopus,
  • по выявленным фактам нарушений этики научных публикаций с целью переоценки журналов, нарушающих этику, Экспертным советом по отбору контента в базу данных Scopus и возможного прекращения их индексации базе данных Scopus.

Было решено продумать и согласовать процедуру участия экспертов Elsevier в обсуждении вопросов этики и ее нарушений научными журналами, вопросов оценки научных журналов, в рамках Комиссии РАН по противодействию фальсификации научных исследований, Рабочей группы и Группы мониторинга качества RSCI, а также в рамках других мероприятий РАН по вопросам этики научных публикаций.

С одной стороны, Академия действительно должна заниматься подобными вопросами, но с другой, есть ощущение, что конечными бенефициарами сотрудничества со Scopus станет только ограниченная часть руководства РАН. Та самая, которую представляет вице-президент Алексей Хохлов.

По сути, в рамках взаимодействия с Elsevier, КПФНИ (доклады которой ощутимо подставили и РАН, и лично ее президента Александра Сергеева), получает власть не только контролировать соблюдение научной этики по всем журналам, что включены в Scopus или стремятся туда попасть, но и лоббировать соответствующие решения – и по журналам, и по отдельным статьям (в случае ретрагирования). В худшем случае ректоры университетов и директора институтов должны будут «ходить на поклон» в КПФНИ или лично к академику Хохлову, чтобы их журналы вошли в Scopus или сохранились там.

Заметим, что КПФНИ тесно связана с «Диссернетом», а в докладах обоих «структур» присутствует противоречащая научной логике и здравому смыслу экстраполяция нескольких проблемных случаев на весь журнал, а заодно – и его редколлегию с редсоветом.

Стоит также учитывать, что именно Scopus является основным «производителем» мусорных журналов и публикаций – к Web of Science в основном претензии есть к ESCI (индексу молодых растущих журналов). Кстати, он постепенно исключается как референтный в вопросах защиты диссертаций и присвоения ученых званий – такова солидарная позиция Минобрнауки, ВАК, а также самой РАН.

Что же получается в итоге? Не Академия наук, а лишь «группа Хохлова» получает возможность взаимодействовать с Elsevier в каждодневном и рабочем порядке. Напомним, что не так давно деятельность КПФНИ была всерьез зарегламентирована, а состав обновлен – дабы не повторялись выходки, подобные той, что поставила под удар последние выборы в РАН, прикрываясь борьбой с плагиатом. Да и сама Комиссия не является структурным подразделением Академии, а создана «при Президиуме РАН».

Всерьез возрастает влияние «Диссернета», который в своей «охоте на ведьм-плагиатчиц» переходит к измельчанию и «натягиванию» своих кейсов, а также к очень избирательному (радикально-либерально-оппозиционному) отбору своих жертв.

Безусловно, сотрудничество с Elsevier, а также с Clarivate Analytics (оператор Web of Science) необходимо всецело развивать. Однако представляется, что в текущем формате высока вероятность того, что серьезная власть в рамках журнальной политики будет сосредоточена в руках отдельной академической группы, в которую входят некоторые представители руководства Академии, а также некоторая группа лиц, участвующая в работе «Диссернета» и КПФНИ – которые, не представляя из себя значительных величин в науке и прикрываясь борьбой «за чистоту» исследовательских практик, де-факто занимаются дискредитацией российской государственной позиции.
Не уверены, например, что у президента РАН Сергеева и у других членов президиума Академии, полностью солидарная с обозначенной позиция.

Нужно напоминать, что журналы – это, если угодно, неравная система науки. И за контроль над этими вопросами идет весьма серьезная борьба. В любом случае администраторам научной политики стоит наблюдать за тем, чтобы новые полномочия отдельных групп не превратились в неуправляемый диктат, причем не в интересах РАН и большой российской науки.

Пресс-релиз Elsevier о Меморандуме:

http://www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=e43ec3d2-35ee-4906-96e6-9fefc36d3524
https://t.me/scienpolicy/12284
https://t.me/scienpolicy/12285

Comments for this post were locked by the author