Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Categories:

Имя и подвиг Фучика стали символом юности и светлого будущего чехословацкого народа

.

..

Даже в самом обвинительном заключении, в приговоре палачи невольно вынуждены были говорить о несгибаемой воле Фучика, о его бесстрашной, самоотверженной борьбе с фашизмом, о борьбе до последнего, смертного часа. Даже в протокольном перечислении «преступлений» Фучика, сделанном бесстрастным чиновником, встает могучая фигура борца с фашизмом.

«Фучик, подданный протектората, чешской национальности, — пишут фашистские судьи в своем приговоре, — был известен в Чехословакии как образец коммуниста «прекрасной души». Он являлся членом КПЧ и был дважды в Советском Союзе. Один раз примерно в течение двух лет. О Советском Союзе он написал пропагандистскую книгу, которая была хорошо известна в Чехословакии.

После включения Богемии и Моравии как протектората в состав Германской империи он дважды отказывался от предложения руководителей чехословацкой компартии эмигрировать. Опасаясь быть арестованным, он несколько месяцев не покидал своей квартиры и сам не открывал двери, когда раздавался звонок. Не выдержав жизни в одиночестве, он пошел в клуб художников, где всегда бывало много писателей и политиков с коммунистическими взглядами, и стал разыскиввть единомышленников. Здесь он встретил Крейчи — одного из главных руководителей подпольной КПЧ — и предложил ему свое сотрудничество.

С Крейчи он имел еще несколько встреч. Потом связь временно прервалась. С помощью врача-коммуниста Недведа Фучик снова восстановил эту связь. Теперь он получил задание работать в организации интеллигенции, которая ставила себе целью восстановление Чехословацкой республики. Это задание Фучик выполнял с большой настойчивостью и имел много встреч с руководителями подпольной коммунистической партии и руководителями групп интеллигенции. При встречах он строго соблюдал правила конспирации, всячески продохранял себя от неожиданностей и предательства. Порой он организовывал эти встречи в квартирах, которые готовили для этого, — например, квартиру коммуниста-трамвайщика Елинека или квартиру Баксовой».

В гестаповском деле подробно рассказывается о деятельности Фучика по организации групп сопротивления среди чехословацкой интеллигенции.

«Группы интеллигенции, — указывается в приговоре, — надо было снабжать пропагандистским материалом. Для этой цели Фучик передал Клекану рукописи нелегальных газет, пропагандистские речи, как, например, выступления на славянском конгрессе в Москве, а также нелегальные газеты — «Руде право» и другие, со статьями, написанными самим Фучиком...

Кроме этой важной деятельности, Фучик занимался и другой коммунистической работой».

Далее в приговоре сказано:

«Крейчи при одной из встреч передал Фучику новое задание — наряду с руководством группами интеллигенции стать редактором подпольной газеты Центральной Моравии «Правда». При этом он должен сотрудничать с функционером Яном Выскочилом, который проживал под фамилией Тонда Едпичка, а также с бывшим редактором «Руде право» Станиславом Брунциком.

Еще в июле 1941 года Фучик через врача Недведа получил сообщение, в котором указывалось, что он должен явиться для встречи к гостинице «Славия» в Праге — Подол. Здесь он встретился с бывшим районным руководителем подпольной КПЧ Яном Зикой. Они договорились снова встретиться в августе 1941 года. На эту встречу явился бывший редактор Карл Валес, который работал связным центрального руководства.

Фучик имел еще шесть встреч с Валесом. Валес информировал его о том, что создано руководство Центрального революционного совета, который ставит своей задачей координировать работу всех чешских подпольных групп сопротивления. Далее Валес сообщил Фучику, что в помощь ему назначен новый сотрудник. В конце сентября или в начале октября Валес устроил встречу обвиняемого Фучика с Клеканом в квартире знакомой ему Анны Ирасковой. Клекан был уже обо всем осведомлен, и Фучик дал ему указания, касающиеся дальнейшой работы.

В октябре 1941 г. Фучик написал статью о русской революции, которую должны были опубликовать в годовщину революции.

В материалах, которые Фучик передал Клекану, содержалось указание по пропагандистской работе среди интеллигенции и задание основать специальную газету для интеллигенции под названием «Творба».

В октябре и ноябре 1941 года Фучик имел еще две встречи с Зикой и рассказывал ему о подпольной работе в группе врачей. Зика дал новые инструкции и передал Фучику для группы врачей выступление Сталина. В дальнейшем связь с Зикой была временно прервана, и Фучик решил продолжать работу самостоятельно. В ноябре и начале декабря он два раза встречался с Выскочилом и передал ему старое поручение Зики о руководстве организацией «Солидаритет», созданной для поддержки родственников арестованных товарищей».

«Фучик, — продолжают его фашистские судьи — вел подготовительную работу среди интеллигенции для создания фронта солидарности, который должен был помогать не только родственникам арестованных товарищей из группы интеллигенции, но также и всем членам семей арестованных товарищей из единого фронта. Это означало, что восстанавливалась «красная помощь» для единого фронта.

Перед рождеством Фучику удалось встретиться с Зикой. С этого времени и до своего ареста подсудимый имел постоянную связь с Зикой и Выскочилом. По поручению Зики Фучик писал статью для «Руде право» о Ленине. После того, как Зика просмотрел статью! Фучик передал ее черед Клекана в группу врачей...

В марте 1942 г. Зика передал Фучику задание создать архив подпольных изданий, выяснить, кто издает нелегальную газету под названием «Руда фронта», а также добыть оружие.

В впрале 1942 г. Фучик по поручению Зики редактировал проект первомайского обращения и сам написал небольшую статью.

От Выско́чила Фучик узнал, что тот имеет собственный аппарат для размножения листовок. Поэтому в ноябре 1941 г. Фучик передал ему для размножения выдержки из речи Сталина, полученные от Зики, а в 1942 г. — обращение Центрального революционного совета.

В дальнейшем, в связи с возрастающими случаями арестов, Фучик получил распоряжение вооружиться, чтобы в случае надобности можно было оказать сопротивление».

Обстоятельства ареста Фучика описываются в приговоре так:

«Фучик был арестован в квартире Елинека во время свидания. Он имел при себе два заряженных пистолета. Хотел было стрелять в полицейских, но потом отложил пистолеты. Фучик сделал это потому, что полицейские занимались другими присутствующими и повернулись к нему спиной, а он считал нечестным стрелять в спину. Во время ареста Фучик имел при себе два пистолета и 18 патронов».

«Надо считать, — заключает приговор, — что Фучик являлся одним из главных сотрудников предохранительной сети, созданной вокруг Центрального Комитега КПЧ. Как высоко его ценили в руководстве КПЧ, видно уж из того, что ему сообщили о том, что он выдвинут депутатом в новый парламент и что это выдвижение утверждено. Он знал, чем он занимается. Он знал также, что его государственная измена причиняет тяжелый урон боевым силам нашей империи в тотальной войне. Поэтому его нужно наказать за совершенные действия смертной казнью».

Судебное дело Юлиуса Фучика проливает свет на то, каким образом гестаповцам удалось выяснить детально почти всю подпольную деятельность Фучика. Арестованный вместе с ним Ярослав Клекан находился в курсе всей подпольной работы и после первого же допроса выдал имена подпольщиков, раскрыл явки, одним словом, рассказал все, что знал.

Все, кого только знал Клекан, вскоре были арестованы гестапо. Встретив их на допросах, Фучик понял, что подпольную организацию предал его связной Клекан, которого, однако, трусость и предательство не спасли от смерти.

Чехословацкие патриоты, во главе с коммунистической партией сражавшиеся против фашизма, понесли огромные потери. За шесть лет борьбы сменилось пять составов Центрального Комитета компартии Чехословакии. Первый состав ЦК был арестован в феврале 1941 года. Из всех членов ЦК уцелел только один Зика. Он вместе с Фучиком и Черным вошел в новый состав ЦК, который был разгромлен гестаповцами в апреле 1942 года. Но гестапо так и не узнала, что сам Фучик был членом Центрального Комитета КПЧ.

Компартия Чехословакии в борьбе с фашизмом потеряла 25 тысяч своих лучших сынов, 42 члена ее ЦК погибли в фашистских застенках, среди них и Юлиус Фучик.

В конце гестаповского судопроизводства о последнем часе Фучика сохранилась стандартная справка, наспех заполненная каким-то чиновником. В ней сообщалось:

«Главный прокурор

верховного суда.

Берлин, 14 сентября 1943 г.

Срочно (для канцелярии)

Секретно!

Доложить господину министру юстиции, главному советнику господину Ульриху или его заместителю.

По делу об исполнении смертных приговоров против Юлиуса Фучика и Ярослава Клекана, за подготовку к государственной измене и содействие врагам.

Исполнение: На основе устного распоряжения 7 сентября 1943 г.

Ответственный за исполнение: первый прокурор Небель.

Приговор вынесен 1 сенатом верховного суда 25 августа 1943 г. по делу Юлиуса Фучика и Ярослава Клекана. Оба из Праги. Приговор согласно предписанию приведен в исполнение 8 сентября 1943 г. Казнь произошла без инцидентов».

***

Так погиб чешский патриот и коммунист, верный и преданный друг Советского Союза Юлиус Фучик. Борьба Юлиуса Фучика,

борьба всего чехословацкого народа с помощью Советской Армии завершилась полной победой — установлением народной демократии. Тяжелые жертвы были понесены не напрасно. Чехословацкая республика пошла по социалистическому пути, который прокладывали погибшие герои.

В Чехословакии учрежден «значок Юлиуса Фучика» для молодых строителей демократической республики. Имя и подвиг Фучика стали символом юности и светлого будущего чехословацкого народа.

(«Огонёк», №26, М., изд-во «Правда», 1950 г., стр. 21–22).

https://olegchagin.livejournal.com/3761364.html

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author