Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Categories:

ЭЛЬБРУС БУДЕТ СОВЕТСКИМ!

Немцы пришли на Эльбрус 21 августа 1942-го во время наступательной операции «Эдельвейс».

В этот день группа лучших альпинистов одноименной горнострелковой дивизии покорила обе вершины горы: западную — 5642 метра и восточную — 5621 метр. Восхождению предшествовали ожесточенные бои на перевалах Главного Кавказского хребта: фашисты стремились прорваться в Закавказье, к черноморским портам и бакинской нефти. Несмотря на упорное сопротивление советских войск, противнику удалось добиться ряда локальных успехов: к середине августа части дивизии «Эдельвейс» подошли к Клухорскому, Марухскому перевалу и, непосредственно, к Эльбрусу.

Приказ о штурме вершины отдал лично командир 1-й горнострелковой дивизии генерал Хуберт Ланц, сам опытный альпинист. С 1936 года он неоднократно бывал в Приэльбрусье, знал русский язык, изучал местные наречия, свободно ориентировался в горах. По распоряжению Ланца была сформирована группа лучших специалистов во главе с капитаном Хайнцем Гротом, уже поднимавшимся на Эльбрус в 1939-м. Ему тогда удалось добраться до «Приюта одиннадцати» — гостиницы для альпинистов на высоте 4050 метров. Грот повел отряд наверх по известному ему маршруту 14 августа 1942-го. Три дня спустя его группа заняла «Приют», к тому времени покинутый советскими войсками, а в ночь на 21-е пошла на штурм обеих вершин. Уже утром над ними развевались немецкие флаги.

Вопреки ожиданиям Хуберта Ланца, «наверху» не оценили служебного рвения альпинистов. Более того, как вспоминал рейхсминистр вооружений и боеприпасов Германии Альберт Шпеер, Гитлер был в ярости: «Даже несколько дней спустя он перед всем и каждым поносил «этих чокнутых альпинистов», которых «следовало бы отдать под военный трибунал»! В самый разгар войны они идут на поводу «идиотских амбиций», занимают «идиотские пики», когда он приказал сосредоточить все силы на прорыве к Сухуми. Из этого прекрасно видно, как выполняются его приказы!»

Впрочем, гнев фюрера несколько поутих, когда нацистская пропаганда превратила «эдельвейсовцев» в героев. В журналах и газетах публиковались фотографии альпинистов у штандарта Третьего рейха на вершине Эльбруса. Восторженные заголовки сулили скорую победу, захват нефтяных промыслов Баку, подъем флага на Казбеке. В кинотеатрах рейха без остановок крутили хронику, запечатлевшую всех участников восхождения. Отряд Грота в полном составе наградили Железными крестами, а также специальными жетонами с изображением силуэта Эльбруса и надписью «Пик Гитлера». Однако вся эта мишура так и остались громкой, но бесполезной пиар-акцией. Эльбрус сдаваться не спешил.

Красная Армия не собирались оставлять горы в руках неприятеля. С сентября 1942-го позиции немцев на Большом Кавказском хребте регулярно бомбили советские самолеты. Деваться врагу было некуда — стремясь залезть повыше, он сам загнал себя в ловушку. Все внимание руководства Третьего рейха было сосредоточено на Сталинграде, где гибла в окружении 6-я армия. Поддерживать горные части кавказской группировки было некем и нечем. В конце декабря советские войска усилили наступление и уже к 6 января выбили противника с перевалов Чиперазау, Марухский и Санчарский. После поражения на Волге, немцы были вынуждены покинуть Кавказ из-за угрозы окружения. Теперь на вершину Эльбруса все чаще поглядывали красноармейцы.

В начале февраля 1943-го командование Закавказского фронта приказало советским воинам сорвать гитлеровские знамена с вершины Эльбруса. Штурм поручили объединенному отряду под руководством опытных альпинистов Александра Гусева и Николая Гусака. Всего на ответственное задание отправились 20 человек. Отряд тащил на себе не только необходимое в горах снаряжение, но и оружие с боекомплектом: в горах еще слонялись недобитые группы противника, а склоны гор были заминированы отступающими немецкими частями.

К 10 февраля группа альпинистов дошла до «Приюта одиннадцати». Поврежденную бомбежками гостиницу брать с боем не пришлось — немцы уже ушли. Советским бойцы столкнулись с совсем другими противниками: морозом, снегопадом и сильнейшим ветром. Однако отступать было поздно: первым на штурм западного купола свою группу из шести человек повел Николай Гусак, мастер спорта СССР по альпинизму. Командир отряда Александр Гусев вместе с остальными остался ждать у «Приюта».

«Тринадцатое февраля, погода испортилась, западный ветер, облачность, снегопад, — писал в своем дневнике участник восхождения Александр Сидоренко. — В 02:30 вышли Николай Гусак, Евгений Белецкий, братья Бекну и Габриель Хергиани, Юрий Смирнов и я. Ориентировка затруднена. Взяли левее. Габриель и я проваливались несколько раз в трещины. У Белецкого то и дело гнутся зубья на левой кошке. Нудный длинный траверс от «Приюта Пастухова» к седловине. Ветер в лицо. На щеках и носу то и дело образуются ледышки. В 10:20 подошли к домику на седловине (5300 метров) — забит снегом. В 30 метрах — могила с крестом. Оставили рюкзаки, начали крутой снежный подъем на вершину. На вершинном плато туман. Не видно ни зги».

Именно Александру Сидоренко и его боевому товарищу Бекну Хергиани выпала честь первыми сорвать с флагштоков остатки гитлеровских знамен, истрепанных ветром. На западной вершине были водружены советские флаги. Оставшиеся у «Приюта одиннадцати» еще не знали, что экспедиция завершилась успехом и дежурили посменно вне дома, тщетно пытаясь высмотреть в метели силуэты возвращающихся друзей. Командир, не выдержав ожидания, отдал приказ формировать спасательный отряд.

«Формируем группу, быстро собираемся в путь. Но куда направиться? Где искать пропавших? — вспоминал после войны Александр Гусев. — Неожиданно мы услышали крик дежурившего в укрытии под скалой альпиниста. Выбежали из дома. Из серой мглы один за другим появились Гусак, Белецкий, Габриэлль и Бесну Хергиани, Смирнов, Сидоренко. Они еле шли, шатаясь от усталости. Мы подхватили ребят и чуть ли не на руках внесли в здание. Здесь они швырнули на пол обрывки фашистских военных флагов».

В тот же день советские альпинисты узнали по радиосвязи об освобождении Ростова. После этого радостного известия Александр Гусев принял решение отложить спуск и приступить к штурму восточного пика. Он лично повел группу на вторую вершину и установил там советский флаг 17 февраля. Примечательно, что немецких штандартов на восточном куполе уже не было. Своенравный и гордый Эльбрус сам скинул с себя знамена иноземных захватчиков.

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author