Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Categories:

ДЕКАБРЬСКОЕ ВОССТАНИЕ

Героическое вооруженное восстание московских рабочих в декабре 1905 — высший этап революции 1905. В декабрьском восстании революция 1905 «достигла своей вершины» (Ленин). Большевики считали вооруженное восстание необходимым условием свержения царизма и создания временного революционного правительства, которое должно было осуществить демократическую диктатуру пролетариата и крестьянства. Лозунг — соединение всеобщей политической стачки с вооруженным восстанием выдвинул III съезд ВКП(б). Декабрьское восстание было известным воплощением этого лозунга в жизнь. Профессор Макс Вебер в работе о политическом развитии России назвал московское восстание «путчем», «вспышкопускательством». «Ленинская группа, — говорил Вебер,— и часть эсеров давно уже подготавляли это бессмысленное восстание». Отвечая на этот «анализ» немецкого учёного Ленин приводит цифры о росте политической стачки в России: в январе 1905 — 13 тыс., в октябре — 330 тыс., в декабре — 370 тысяч чисто политических стачечников. Именно декабрь дает наибольший рост массовой политической стачки. Ошибка руководства Петербургского совета заключалась в неуменьи перевести движение на высший этап, в увлечении стачкизмом, в неуменьи превратить Совет в боевой орган вооруженного восстания.

Нарастание революционного движения в октябре — ноябре, рост массовых политических стачек, наступление реакции после ноябрьской забастовки — вплотную ставили рабочий класс перед задачей вооруженного восстания. Политическим центром в декабре 1905 вместо Петербурга становится Москва. Фактическим руководителем декабрьского восстания был Московский комитет.

Возникновению декабрьского восстания в Москве способствовала значительно большая слабость московского гарнизона, в котором происходило сильное революционное брожение. 2 декабря (по старому стилю) солдаты Ростовского гренадёрского полка захватили винтовки, патроны и пулемёты. (Пулемёты в то время только что вводились в русской армии. Из 13 пулемётов, находившихся в тот момент в Москве, 8 принадлежали Ростовскому полку). В тот же вечер в Московский совет явился представитель сапёрных батальонов, который заявил, что по первому требованию Совета сапёры могут передать в его распоряжении находящийся под их караулом арсенал. В тот же день совещание представителей других полков выявило, что аналогичное настроение было у всего московского гарнизона. Движение в войсках гарнизона со всей остротой ставило перед Московским комитетом и Московским советом задачу организации вооруженного восстания.

В заседании 4 декабря Московский совет решил на следующий день поставить вопрос о начале всеобщей забастовки и восстания на обсуждение рабочих всех фабрик и заводов. 5 декабря с утра на ряде предприятий рабочие, обсудив постановление Совета, присоединились к его решениям. В тот же день в училище Фидлера состоялась общегородская коференция большевиков, которая приняла постановление начать забастовку 7 декабря с тем, чтобы перевести её в вооружённое восстание. Вечером 6 декабря Московский совет рабочих депутатов, который находился под влиянием большевиков, единогласно присоединился к решению большевистской конференции. Заседавшая в это время (5—6 декабря) в Москве конференция депутатов 29 ж.д. решила присоединится к постановлению Совета. Аналогичное решение принял и почтово-телеграфный съезд. 7 декабря в Москве начала развиваться всеобщая политическая забастовка, перераставшая в вооружённое восстание.

В Петербурге забастовка началась 8 декабря. Но 12 декабря она уже пошла на убыль: здесь декабрьская забастовка протекла гораздо менее дружно, чем ноябрьская. 8 декабря забастовали Минск, Таганрог; 10 декабря — Тифлис; 11 декабря — Вильна; 12 декабря — Харьков, Киев, Нижний Новгород; 13 декабря — Одесса, Рига; 14 декабря — Лодзь; 15 декабря — Варшава. Всего бастовало 33 города (в октябре 39). Одновременно с восстанием в Москве до конца декабря и даже ещё в январе в ряде мест вспыхивали революционные стачки, частичные восстания и эпизодические стычки с войсками царского правительства. Охвачены были подобными движениями Екатеринослав и весь узел Екатерининской ж. д., Николаев, Харьков, Ростов, Екатеринодар, Минеральные воды, Тифлис, Батум, Кутаис, Поти и др. Далее — Сормово, Самара, Саратов, Вятка, Пермь, Прибалтийский край, Сибирь (Красноярск) и многие другие. В центре декабрьского восстания стояла Москва.

Всеобщая забастовка и декабрьское восстание в Москве были начаты в неблагоприятных условиях, в тот момент, когда движение в московском гарнизоне, не получая своевременного руководства со стороны партийных организаций и Совета, пало. 4 декабря Ростовский полк прекратил сопротивление. В тот же день из Москвы прибыло сообщение об аресте 3 декабря Питерского совета. Благоприятный момент для восстания был упущен. Движение было поздно начато. Московский комитет не учёл важнейших указаний Ленина о борьбе за войска. Таким образом была упущена не только вооружённая революционная сила, но и оружие, которыми могли воспользоваться восставшие рабочие.

В качестве главного руководителя декабрьского восстания выступали большевики. В отличие от меньшевиков, только болтавших об идейной подготовке восстания, большевики руководили не только политической, но и военно-технической подготовкой восстания. В отличие от меньшевиков и Троцкого, не понимавших значения восстания как высшей формы борьбы, противопоставлявших план и руководство восстанием стихийному взрыву «снизу», большевики подчёркивали необходимость соединения сверху и снизу, сочетания революционного натиска масс с партийным руководством. Именно отсутствие такого чёткого партийного руководства явилось основной причиной поражения декабрьского восстания. Восстание протекло в значительной степени стихийно. В довершение всего на второй день декабрьского восстания (7 декабря) был арестован руководивший восстанием федеративый комитет, в который от Московского комитета входили товарищи Васильев, Южин и Марат. Таким образом и Московский комитет был обезглавлен. Всё это предопределило неудачу восстания. С 10 декабря в Москве началось разоружение полицейских, перестрелка с войсками и постройка баррикад. Однако руководство отставало от движения. Инструкция дружинникам появилась в «Известиях Московского совета» только 11 декабря, когда вся Москва была уже покрыта баррикадами. С первых же дней восстания связь Московского комитета и Московского совета с районами почти отсутствовала. Районы не имели чётких директив к действию. В этих условиях движение принимало оборонительный характер. Задачей баррикад было преградить доступ Дубасову в рабочие районы. Для успеха же восстания надо было не обороняться, а наступать. Наступление запаздывало. В этих условиях в наступление перешёл противник.

Организованные вооружённые силы московских рабочих были крайне немногочисленны. Их кадры составляли 700—800 человек, входивших в партийные вооружённые дружины (500 социал-демократов, 250—300 социалистов-революционеров); затем — 500 вооружённых огнестрельным оружием железнодорожников, 400 вольных стрелков из типографских рабочих и т. п. Ленин оценивал впоследствии весь актив московского вооружённого восстания так: «небольшая кучка восставших, именно организованных и вооружённых рабочих — их было не больше 8000 — оказывала в течение 9 дней сопротивление царскому правительству, которое не могло доверять московскому гарнизону, а напротив должно было держать его взаперти, и только благодаря прибытию Семеновского полка было в состоянии подавить восстание». Дубасов имел в своём распряжении громадные силы, но они были «ненадёжны». Пустить в ход против восставших Дубасов смог лишь часть этих сил. Из доклада Дубасова военному министру от 11 декабря теперь известно, что кроме тех войск, которые остались для охраны казарм, правительство до прихода надёжных сил из Петербурга и Варшавы располагало следующими силами: 2 конные батареи, 3 конные батареи 1-й гренадёрской артиллерийской бригады (4 орудийных запряжки), охрана Кремля (3 роты и 4 пулемёта), в общем — 14 рот, 7 эскадронов драгун, 350 казаков, 16 орудий и некоторое количество пулемётов. Всё это, не считая полиции, жандармерии, сыщиков, черносотенных дружин и т.п. Рабочие дружины были не только малочисленны, но и плохо вооружены. Самые отборные вооружённые кадры рабочих располагали только бульдогами, смит-вессонами, отчасти наганами и маузерами и т.п. и лишь в редких случаях — винтовками. К тому же благодаря отсутствию связи и чёткого руководства дружинники не были достаточным образом использованы и в нужный момент введены в бой. Если при этих условиях и таких неравных вооружённых силах баррикады могли держаться почти целых 10 дней, если в частности Пресня могла показать такие чудеса героизма, то это прежде всего объяснялось чрезвычайным революционным подъёмом, невиданным энтузиазмом, который господствовал среди всей огромной массы московских рабочих и работниц, который захватил большие круги мелкого трудящегося городского люда. Рабочие дружины дрались с величайшим мужеством. Большую роль в восстании играла дружина железнодорожников Казанской дороги. Засевшая в одном здании группа дружинников из 13 человек в течение 4 часов выдерживала обстрел 500—600 солдат, в распоряжении которых были 3 пушки и 2 пулемёта. Грузинская дружина (24 стрелка), вооружённая маузерами, с успехом выдерживает длительный бой с драгунами, которым приходит на помощь артиллерия. Ленин придавал огромное значение тому факту, что в ходе уличных боёв и при постройке баррикад рабочим помогал мелкий люд, дворники, женщины, обыватели. Это указывало на громадную популярность восстания в широких массах трудящихся. Первые баррикады на Тверской — описывает Горький — строились весело, шутя, со смехом; в этой весёлой работе принимали участие самые разнообразные люди — от солидного барина в дорогом пальто до кухарки и дворника, недавнего оплота «твёрдой власти». Драгуны дали залп по баррикаде, несколько человек ранено, двое или трое убито — вопль возмущения, единодушный крик мести, и сразу всё изменилось. После залпа обыватель начал возводить баррикады не играючи, а серьёзно, желая оградить свою жизнь от Дубасова и его драгун.

10 декабря в центре города шла уже пушечная пальба, но на Пресне было ещё внешне «спокойно». Там шли митинги; рабочие рвались в бой, но ждали приказа организации. 10 декабря, в 4 часа дня, революционный центр дал приказ строить баррикады. И тогда всё ожило на Пресне. Рабочие действовали не только с беззаветной решимостью, но и с невиданной организованностью и деловитостью. «Стук топоров стоял по всей Пресне — казалось, будто рубят лес». Организованных дружинников Пресня имела сначала не более 200 человек с 80 винтовками и маузерами. Дружинники действовали, рассыпаясь на мелкие группы, иногда по 2-3 человека. 12 декабря дружинники отбили у драгун и артиллеристов пушку. 13 декабря пресненская дружина взяла в плен 5 артиллеристов. Их привезли на фабрику и открыли митинг с их участием. 15 декабря дружинники на улице захватили начальника охранного отделения Войлошникова. Его расстреляли на фабричном дворе Прохоровки. 16 декабря начался артиллерийский обстрел Пресни правительственными войсками. В ночь на 17 декабря Пресня была окружена железным кольцом правительственных войск и утром 18 декабря очищена от баррикад. Баррикады были построены почти во всех важных пунктах Москвы. Число их достигло 1000. Центр был очищен от баррикад только к 15 декабря за исключением Бронных. С 12 декабря борьба перешла главным образом в районы, окружённые кольцом баррикад (кроме Пресни и Замосквореье, Рогожско-Симоновский район, Миусы и Мытищи). В каждом из них действия развивались почти самостоятельно и различно, под руководством районных Советов рабочих депутатов. В некоторых из этих районов рабочие были господами положения. Полиция бежала. От центра районы были отделены баррикадами. Наибольшей силы восстание достигло кроме Пресни в Миусах («Миусское гнездо») и близ мастерских Казанской ж. д., откуда производилось наступление рабочих на Николаевский вокзал. К числу наиболее важных эпизодов восстания относятся бомбардировка и разгром училища Фидлера, где находились дружинники, попытка захвата рабочими Николаевского вокзала, который с трудом отстояли войска, действия войск у Сытинской типографии (войска сожгли её) и т. п. Размах борьбы рабочих был огромный. Новые формы борьбы рождались «снизу». Так родилась «новая баррикадная тактика» — тактика партизанской войны, применённая дружинниками с большим успехом.

12 декабря Палицын из Петербурга телеграфировал Дубасову, что сделано распоряжение вернуть в Москву 3 роты 3-го ж.-д. батальона, возвращающиеся с Дальнего Востока в Барановичи. 13 декабря генерал Поливанов телеграфировал Дубасову, что 12 декабря из Варшавского округа отправлен Ладожский пехотный полк. Петербургский комитет ж.-дор. союза не сумел помешать переброске семёновцев из Петербурга. Железнодорожники не выполнили обещаний своего представителя о присоединении к забастовке. Николаевская ж. д. в декабрьские дни не бастовала. Забастовка же её могла иметь решающее значение для всего исхода декабрьского восстания, так как один московский гарнизон не мог быть твёрдой основой правительства. 16 декабря рабочими из Твери была разрушена часть пути, чтобы помешать отправке войск из Петербурга в Москву. Но было поздно: Семёновский гвардейский полк уже прошёл. До 12 декабря правительство не могло сноситься со своими казармами в Москве. Некоторые казармы были отрезаны баррикадами. 12 и 13 декабря шла бешенная пальба, но позиции правительства были слабы. 14 декабря Дубасов становится увереннее. 15 декабря к нему приходят на помощь семёновцы. В черновике своего доклада великому князю Николаю Николаевичу Дубасов прямо пишет: «Ваше императорское высочество... лишь с прибытием Семёновского и ладожского полков силы гарнизона сразу увеличились вдвое, что мне и дало возможность сейчас же овладеть ж. д., а также перейти на всех пунктах в наступление». 16 декабря перелом в пользу правительственных войск стал уже совершившимся фактом, и 17 декабря рабочие были побеждены. Начинается расправа. Число жертв декабрьского восстания точно не установлено. По данным 47 лечебниц и больниц зарегестрировано 885 раненых, 174 убитых и умерших от ран. Зарегистрировано 86 детей, убитых и раненых. Но убитых принимали в больницы только в редких случаях; по общему правилу они лежали в полицейских участках и оттуда увозились тайком. На кладбищах похоронено за эти дни 454 человека убитых и умерших от ран. Но много трупов вагонами вывозили за город. Зверства Дубасова и его сподвижников (Мина, Римана и др.), их палаческая расправа с рабочими Москвы и окрестностей достаточно известны. Особенно сильно пострадали рабочие железнодорожники (карательная экспедиция на участке Москва — Голутвиново) и др.

Причины поражения декабрьского восстания заложены прежде всего в общих причинах, помешавших всей Революции 1905 года. После поражения декабрьского восстания вся кадетская партия заговорила о «безумии стихий» и стала откровенным трубадуром контрреволюции.

Более быстрым темпом пошла дифференциация и в рядах тогдашней РСДРП (и среди эсеров). Меньшивистские вожди впоследствии «объясняли» причины поражения декабрьского восстания и всей революции 1905 тем, что якобы рабочие зашли «слишком далеко», в частности — в своей экономической борьбе против буржуазии. Они видели одну из «ошибок» рабочих в «смешении» экономических требований с политическими. Своего рода энциклопедией меньшивистского ренегатства по отношению к 1905 является известный четырёхтомник «Общественное движение в России». Даже Плеханов непосредственно после декабря откликнулся на декабрьское восстание следующей сентенцией: «Несвоевременно начатая политическая забастовка привела к вооружённому восстанию в Москве, Ростове и т. д. Сила пролетариата оказалась недостаточной для победы. Это обстоятельство нетрудно было предвидеть и потому не нужно было браться за оружие». Это заявление Плеханова всегда вызывало величайшее возмущение Ленина, неизменно доказывавшего, что «напротив нужно более решительно, энергично и наступательно браться за оружие» (В.И. Ленин «Уроки московского восстания»). Одну из главных причин поражения Ленин видел в его организационной отсталости, в недостаточном руководстве декабрьским восстанием, в том, что партия в 1905 ещё недостаточно усвоила тактику «отчаянного, смелого, бесповоротного и решительного наступления», в том, что партия не сумела вместо пассивного ожидания перехода войск на сторону восставших провести энергичную борьбу «за колеблющееся войско», в том, что партия оказалась не в силах подтянуть отстающие крестьянские резервы. Эти ошибки были партией учтены в 1917 и привели к победоносной Октябрьской революции.

Ленин уделял декабрьскому восстанию громадное внимание. Он возвращался к нему множество раз и до 1917 и после него, изучая его во всех деталях. Он рассматривал декабрьское восстание как событие всемирно-исторического значения, ставя его рядом с Парижской Коммуной и извлекая из него уроки для российского и всемирного пролетариата. Он с радостью отмечал, что Каутский, будучи ещё марксистом, признал декабрьское восстание событием, по-новому ставящим проблемы баррикадной борьбы рабочих в больших городах. Ленин всегда считал, что декабрьское восстание принадлежит, как и Парижская Коммуна, к числу таких поражений пролетариата, которые стоят иных побед. Ленин дал блестящие образцы марксистского анализа декабрьского востания, стоящие на уровне «Гражданской войны во Франции» Маркса. Декабрьское восстание имело мировое значение и большими буквами записано в книгу международного рабочего движения. Декабрьское восстание является одной из самых содержательных и прекрасных страниц в истории освободительной борьбы пролетариата России и всего мира.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

Comments for this post were disabled by the author