Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета

«.

..в пушкинской манере повествования глубина и многообразие приемов литературного искусства сочетаются со стилем делового протокола», — краешка последнего листа едва-едва хватило, да и то слова «делового протокола» пришлось порядком заузить. Сил перечитывать уже не оставалось. Он выключил свет и лег. За стеной раздавался мерный звук шагов. Где-то лязгнула железом дверь. Отяжелевшие веки сомкнулись — и все пропало.

Посреди ночи он проснулся, потому что почувствовал: рядом кто-то есть.

— Надя? — спросонья прошептал он.

Но это была не Надя. За столом, над разворошенными бумагами, сидел Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета.

— Мда, Витя, — грустно сказал Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета, — поздравляю; пробил ты дно этой, с позволения сказать, статьей.

— Что? Зачем вы здесь? Каким образом?

— Молчи уж. Я прочитал. Точнее начал читать, но, как говорится, ниасилил. Такая старомодная вычурность... О чем, интересно, будет следующий опус? О значении работ товарища Сталина для развития советского языкознания? Или о величии и мощи русского языка?

— Я не понимаю, о чем вы и, главное, кто вы?!

Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета погрозил ему пальцем.

— Дизлайк тебе, Виктор. Злобный смайлик. Любому ясно из этого компота, — он потыкал пальцем в бумаги, — что ты не только не знаешь, что такое «стиль», но даже и самих «Пиковых дам» не читал.

— Почему дам? Дамы...

— Я и говорю: «Пиковые дамы», — усмехнулся Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета. — Тебя послушать, так она одна была. Не юли. Ты Алексея Серебрякова внимательно слушал?

— Кого?

— Понятно. Зашквар у тебя в голове, Виктуар, полный зашквар, — Х@й-Знает-Кто-Из-Интернета побарабанил пальцами по столу. — Почитай, что ли Джоэла Курцмана для начала. Или «Спектр Сознания» Кена Уилбера. Может, забрезжит там у тебя хоть что-то. А пока отписываюсь. Не вздумай явиться на выборы!

Виктор Владимирович Виноградов проснулся снова, на этот раз по-настоящему. В одиночной камере было пусто. Никакого интернета не существовало. Он с облегчением вытер тюремной простыней мокрый лоб и снова уснул.

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author