Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Category:

«Рычаг богатства. Технологическая креативность и экономический прогресс»

Из книги Джоэля Мокира "Рычаг богатства.

Технологическая креативность и экономический прогресс":

Согласно знаменитому, но спорному утверждению Линна Уайта (White, 1962, р. 28), стремя послужило непосредственной причиной возникновения феодализма. Если это мнение верно, то оно представляет собой замечательный пример технического детерминизма. Стремя на столетия обеспечило всаднику бесспорное превосходство над пехотинцем, вызвав необходимость оснащать и вооружать крупные рыцарские армии.

Вследствие нехватки как лошадей, так и железа всю экономическую систему пришлось перестраивать под финансирование таких армий. Однако эта теория подвергалась критике, и вполне возможно, что феодальное общество имело и другие корни.

...

В начале XX в. отставной французский кавалерийский офицер Ришар Лефевр де Нотт написал исследование, в котором сравнивалось использование лошадей в древности и в Средние века. Согласно Лефевру, греки и римляне применяли упряжь из двух ремней, обхватывавших брюхо и шею лошади. Ошейник, обхватывавший горло, при нагрузках сдавливал яремную вену и трахею животного, мешая ему дышать. Путем экспериментов Лефевр де Нотт выяснил, что сила лошади, запряженной таким образом, использовалась не более чем на 20%5. В раннем Средневековье люди перестали с этим мириться, найдя простой способ покончить с такой растратой ценной энергии. Решение проблемы было найдено благодаря изобретению нагрудного ремня и хомута, крепившегося на плечах лошади. Оба этих приспособления устранили нужду в ярме, тем самым позволяя избежать главного недостатка римской упряжи.

Попытку объяснить такую неэффективность античной упряжи предпринимает Ландельс (Landels, 1978, р. 176–177), но ущербность его аргументации самоочевидна. Он отмечает, что древние колесницы были небольшими и легкими, и потому от тянувших их лошадей не требовалось больших усилий. Но при этом он сам ставит лошадь позади телеги: колесницы были легкими из–за невозможности запрячь лошадь в тяжелую колесницу.

Нидхэм (Needham, 1965, р. 314) подчеркивает, что неудовлетворительность древней упряжи часто осознавалась уже в античные времена, и приводит список неудачных попыток заменить ее. Однако не следует забывать, что использование лошадей в качестве тягловых животных зависело и от возможности обеспечить им адекватное питание и разводить достаточно больших и достаточно сильных лошадей (Barclay, 1980, р. 109).

Более того, Спрайтт (Spruytte, 1977) утверждает, что древняя конская упряжь была не такой неэффективной, как считается. Согласно его точке зрения, в античную эпоху были известны две разные упряжи: упряжь с ошейником (при ее использовании нагрузка приходилась на плечи лошади) либо упряжь со спинным ярмом (в этом случае лошадь тянула повозку грудью, а усилие принимал на себя нагрудный ремень). Спрайтт полагает, что Лефевр де Нотт спутал оба типа упряжи, что и привело его к неверному выводу о неэффективности античной упряжи. Кроме того, не следует преувеличивать важность изобретений, какими бы значительными они ни были. Лефевр де Нотт считал, что хомут являлся главной причиной исчезновения рабства, но эта теория не получила широкого признания.

Другое его утверждение — о том, что тяжелый сухопутный транспорт в античную эпоху мало использовался и не играл большой роли —также весьма спорно, так как де Нотт недооценивает значения волов как тягловых животных (Burford, 1960).

Нагрудный ремень появился несколько раньше хомута, но к IX в. и то и другое было уже более–менее известно. В результате лошади постепенно стали играть важную роль в сельском хозяйстве и в грузоперевозках. Упряжь дополняли другие достижения в гужевой технологии. В раннем Средневековье начала применяться упряжка лошадей цугом (когда они запрягались в ряд друг за другом, а не бок о бок). В XI в. появилось дышло — деревянный шест, соединявший хомут с телегой или с бороной.

Тем самым в начале Средних веков были исправлены самые элементарные ошибки в эксплуатации мускульной силы животных, совершавшиеся высокоразвитыми цивилизациями Средиземноморья в течение столетий.

Эти инновации согласно одной недавней работе (Langdon, 1986, p. 19) открыли путь к ≪существенному и даже крупномасштабному использованию лошадей в качестве универсальной тягловой силы≫. Значение этих новшеств дополнительно подчеркивается тем фактом, что в конце XI в. 70% всей энергии, потреблявшейся английским обществом, обеспечивали животные, а остаток —водяные мельницы (ibid., р. 20).

В чем состояла роль этих технологических изменений, сделавших лошадь главным источником энергии для средневековой экономики? Лошади все шире применялись в сельском хозяйстве —в первую очередь для пахоты,— но их влияние на производительность сельскогохозяйства не вполне ясно. Важное значение в сельскохозяйственном производстве по–прежнему имели волы, не вполне вытесненные лошадьми. Действительно незаменимой, помимо войны, лошадь оказалась в сфере сухопутного транспорта. Возросшая скорость и дальность передвижения конских повозок, в сочетании с совершенствованием конструкции самих повозок, стали ключевыми факторами, способствовавшими возрождению сухопутных перевозок и торговли на средние расстояния.

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author