Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

Categories:

Посталкогольная гипнотизация как физиологическая мера самозащиты организма

Действие малых доз алкоголя на высшую нервную деятельность собаки.
Посталкогольная гипнотизация как физиологическая мера самозащиты организма (опыты М. К. Петровой и В. К. Федорова)

И. П. Павлов. Дальше перехожу к опыту, который я совершенно не понимаю и о котором никакого предположения сделать не могу.
Правда, здесь вышло маленькое осложнение.
Я немножко обдумываю наши опыты вечером во вторник, ставлю вопросы, помимо того, что во время разговоров в течение недели об этом идет речь специально. Вчера же у меня был посторонний посетитель и мне не пришлось думать, но об этом вопросе я думал раньше, ничего в голову мне не пришло.
Это очень интересный вопрос. Я призываю к вниманию вас всех.
Сейчас М. К. на большом числе собак и В. К. на одной собаке занимаются хроническим отравлением животных алкоголем. Это началось еще за несколько месяцев до лета и продолжается теперь.
В результате у всех этих собак произошло чрезвычайное ослабление нервной системы, которое выразилось в виде гипнотического состояния.

У них упали условные рефлексы, получаются гипнотические фазы — или уравнительная, или парадоксальная, или ультрапарадоксальная.
Конечно, большой летний отдых сбил это состояние в лучшую сторону. Это обнаружилось в первый день опытов после летнего перерыва. Однако и без применения алкоголя условные рефлексы начали падать. Так что, очевидно, при хроническом ослаблении нервной деятельности отдых помогает, но очень слабо и очень не надолго.
Вот на этом фоне слабой деятельности и гипнотического состояния у М. К. оказался следующий, в высшей степени неожиданный и курьезный факт. Когда она применила маленькие дозы алкоголя, то они оказали какое-то усиливающее, благоприятное действие. Были применены две вариации. В одних случаях М. К. применяла алкоголь остро, сейчас же перед опытом вбольшом количестве, например полграмма алкоголя, разведенного в молоке. Тогда система становилась резко лучше, приближалась к норме.

В других случаях она давала порцию тоже относительно небольшую, но большую, чем в первом случае, положим не полграмма, а 10 г, после опыта и смотрела за изменениями на другой день после дачи. И тогда оказалось то же самое, что эта большая доза тоже оказывала благоприятное действие на состояние собак.

Вот теперь и поймите, что это значит, каким образом на фоне хронического алкогольного ослабления нервной системы применение дозы остро или даже на расстоянии суток как-то улучшает или восстанавливает нервную деятельность. Приходит в голову выражение «опохмелиться»: это как человек, который накануне здорово выпил и чувствует себя очень плохо до тех пор, пока не пропустит рюмочку.

Тогда ему делается лучше. Кто его знает, имеет это какую-нибудь связь или нет, но я ничего другого придумать не мог.
A. А. Линдберг. Аналогичные опыты были у В. К. и у меня, когда мы давали собаке, находящейся в гипнотическом хроническом состоянии,— «Сатиру» —небольшие дозы хлорал-гидрата. При этом наступало увеличение условных рефлексов и укорочение обычной задержки при взятии пищи.

B. К. Федоров. А у меня это было на «Налете».

И. П. Павлов. У которого состояние менялось в зависимости от того, как вы его кормите. Когда он был в гипнотической фазе,
тогда доза хлорал-гидрата увеличивала рефлексы. Факт почти тот же самый. Вы имеете, в конце концов, факт ослабленного гипнотического состояния.

А. А. Линдберг. Так что может быть и в этой группе случаев можно было бы рассуждать так, что алкоголь в больших дозах всегда вызывает ослабление тормозного процесса. У собак, подвергавшихся хронической алкоголизации, наступало резкое ослабление высшей , нервной деятельности с тем же гипнотическим состоянием. Маленькая доза алкоголя им помогает. У этих собак доза в полкубика алкоголя производит тот же эффект, как маленькие дозы хлорал-гидрата у гипнотизировавшихся собак.

И. П. Павлов. Мне бросилось в глаза другое, — это лишнее доказательство того, что в гипнотическом состоянии при алкоголизме мы имеем не болезненное явление, а физиологическую меру против болезни в виде гипнотизма.

Собака «Налет» просто спит, у нее не болезненное состояние, а гипнотическое, она совершенно здорова, но раз она порядочно подкормлена, пищевого возбуждения нет, то однообразная обстановка опыта ее усыпляет. Это есть здоровый сон, нормальная гипнотизация.
А у алкогольных собак мы готовы считать, что это есть болезненное состояние. Оказывается, что это тоже чисто гипнотическое состояние.
Болезнь выражается вовсе не этим гипнотическим состоянием, а слабостью раздражительного процесса, для которого все обычные раздражения становятся запредельными. То, что выимеете перед собой, это не есть симптом болезни, а это есть физиологическая мера.

С места. Я с вами вполне согласна, потому что я это испытала на себе.

И. П. Павлов. Мы этот факт знаем: как только существует какая-нибудь трудность для нервной системы, как только собаку привели в трудное состояние, так появляется гипнотическое состояние. Это основной факт, это постоянный у нас вопрос. Почему трудное состояние нервной системы выражается в одной форме—-гипнотическом состоянии?

Потому что всякий раз, как наступает трудность для нервной системы, так в виде физиологического лечения выступает тормозный процесс в виде гипнотического состояния.

Я попутно заговорил об этом, суть заключается в том — как понимать?

Можно понимать так, что маленькие дозы как бы ослабляют действие тормозного процесса, что маленькие дозы прежде всего начинают устранять тормозный процесс. Это хорошее объяснение.
Трудно было притти к этой мысли, потому что тут алкоголь, с одной стороны, вызывает гипнотизацию и слабость, с другой — он же и лечит.

Э. А. Асратян. Нельзя ли объяснить иначе, что не тормозный процесс ослабляется при малых дозах, а повышается возбудимость, потому что при больших дозах тоже тормозный процесс ослабляется.
Тогда какая разница между эффектом малых доз и больших?

И. П. Павлов. Ясно. Мы это видим отчетливо. Это есть факт, что когда вы начинаете действовать парализаторами на нервную систему, то они сначала вызывают ослабление тормозного процесса и потом принимаются за раздражительный процесс. Допустить, что тормозный процесс остался, а парализуется раздражительный, — это не выходит.
Мало ли что, батенька, фармакология говорила. Это старый шаблонный взгляд, что при действии парализаторов имеются две фазы — сперва возбуждающая, а потом парализующая. Это оказалось неправдой. У нас нет достаточных оснований думать, что хлорал-гидрат сперва возбуждает, а потом парализует. Это зависит от того, в каком порядке и как он парализует нервную систему. Когда мы брали нормальных голубей, то хлорал-гидрат вызывал сперва возбуждение, а потом паралич, а когда мы удалили у голубей большие полушария,
тогда это исчезло. Ясно, что он сперва тормозил более деликатную часть, верхнюю часть нервной системы и возбуждал нижнюю вследствие положительной индукции сверху.

На старом положении стоять нельзя. Его нужно доказать, прежде чем им пользоваться.
Э. А. Асратян. С адреналином там ясно.
И. П. Павлов. Это положение подтвердилось у нас совершенно отчетливо и в опытах Α. Α., и в опытах В. К. Сколько раз мы видели, что у нас тормозный процесс парализован, а раздражительный не тронут.
Это факт, который мы прекрасно знаем.
В. П. Голована. С морфинистами — то же самое. Дайте хоть один шприц —он тогда человек, а иначе — полная гипнотизация.
И. П. Павлов. Да, да. Морфий — тоже парализатор, и он должен начинать с паралича тормозного процесса. Как красиво подтверждается, что гипнотизация — это важнейшее физиологическое средство против трудного положения, болезненного положения нервной системы. Мне эта вещь очень нравится! Помилуйте, что на естественной гипнотизации, как у вас, что на гипнотизации, сопровождающей болезненное состояние,— одно и то же. Это очень красиво! Теперь это отлично подтверждается на шизофренической кататонии.

В психиатрической клинике в прошлый раз мы видели, можно сказать, начало шизофрении у одного больного. Ему отчетливо и резко помог люминал, т. е. тормозное состояние. А другой случай недавно еще был, кажется, в нервной клинике.

С места. Сюда не подходит циклотимия?

И. П. Павлов. О циклотимии мы пока не говорим.
Как же иначе объяснить? У «Налета» наступает совершенно нормальное гипнотическое состояние, и оно, конечно, есть работа торможения.
Об этом не приходится разговаривать. И это самое состояние сейчас же устраняется, заменяется деятельным состоянием нервной системы, когда применяется тот агент, о котором мы знаем, что он парализует торможение. А так как состояние «болезни» — это есть гипнотизация, а не сама болезнь, болезнь вызывает только эту гипнотизацию, то и алкоголь, действуя в качестве агента, впервые поражающего торможение, делает то же самое. По-моему, до последней степени складно! Вот что значат вариации опыта. Не зная фактов, я ничего сказать не смог, мысль ни за что не цеплялась, а в сопоставлении с этим все делается ясным.

Э. А. Асратян. А как бы кофеин повлиял?

И. П. Павлов. Повлиять он мог бы. Раздражительный процесс слабый. Конечно, только кофеин в очень маленьких дозах, таких, которые могли бы немножко приподнять этот слабый раздражительный процесс. В маленьких дозах нужно ожидать, что кофеин мог бы это сделать. Но очень возможно, что не в том размере, как сделал алкоголь, потому что если бы вы взяли большую дозу, то у вас получилось бы запредельное торможение. А в маленькой дозе это то же самое, можно было бы попробовать.
М. К. Петрова. У «Томбуша» гипнотическое состояние под влиянием
0.01 г кофеина исчезло.
И. П. Павлов. Об этом рассказывали. Тут нужно точно дозировать, взять непременно маленькую дозу
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author