Oleg А. Chagin (olegchagin) wrote,
Oleg А. Chagin
olegchagin

liberum arbitrium

Свобода воли (лат. liberum arbitrium) — мутный философско-религиозный термин. Какбе дар человека, позволяющий ему выбирать вне зависимости от обстоятельств. Объект яростного фапа со стороны волюнтаристов и НЕНАВИСТИ со стороны особо упоротых детерминистов, гарантированно генерирует срач уже при попытке более-менее внятного определения, не говоря уже об отрицании. Прекрасная тема для троллинга теистов всех мастей. Несмотря на свою мутность и зыбкость, является фундаментом для уголовного права.

С древнейших времён свобода воли являлась дисциплиной Специальной Олимпиады. Теисты и философы срались друг с другом, высказывая самые разные взгляды на этот предмет: от полного принятия (волюнтаризм) до полного отрицания (детерминизм). Причиной такой полярности во взглядах является оценка человеческой деятельности, ведь если в человеке признаётся свободная воля, то он несёт полную ответственность за свои поступки. Если же свобода воли отрицается, то человек становится какбе несвободным в своих поступках, которые автоматически становятся неизбежными. У такого человека нет ни заслуг, ни вины перед Небом и Землёй, а значит — ни Бог, ни люди по идее не вправе наказать даже явного вредителя. Ну и не забудем о старом добром ЧСВ: очень уж льстит прямоходящим обезьянам мысля о некотором перке, который типа отличает человека от всех остальных существ и приписывает сапиенсам особое преимущество полной независимости от других причин.

В религии

Буддизм отвергает наличие души, субстанционального «Я» — оно представляет собой всего лишь последовательность состояний, каждое из которых является причиной следующего и следствием предыдущего. Таким образом, человека как индивидуальности, отличающейся от других, нет. Спрашивается, кто же тогда принимает решения? Где волевой принцип и свобода выбора? На эти вопросы хитрожопый тролль Будда отвечал «благородным молчанием». Согласно буддийским представлениям, всё понимаемое нами под свободой воли есть только видимость, так как ничего нет, есть только пустота. Как только человек сможет осознать это, все вопросы отпадут сами собой.

В учении христианских товарищей свобода воли играет одну из ключевых ролей, причём каждый теолог трактовал её по-своему. Ориген считал, что до сотворения материального мира Б-г создал особые духовные сущности — души, каждая из которых была настолько оригинальна и свободна в своём выборе, что некоторые остались в контакте союзе с Б-м, а некоторые послали его КЕМ. Это привело к появлению различий на духовном уровне — так возникли души ангельские, демонические и человеческие. Наиболее удалившиеся от Б-га души впоследствии воплотились в телах земных людей, что является знаком их греховности. При этом тело не является скопищем зла и порока, как думали многие современники Оригена, оно выступает в качестве средства освобождения от греха и восхождения к святости. К слову, позже учение Оригена было осуждено как ересь, что символизирует.

Ислам. Выдающийся арабский философ Ибн Араби считал человека конечной причиной и целью сотворения мира. При этом человек подобен как всему миру, так и самому Аллаху. Следовательно, и мир, и Аллаха можно постигнуть при соответствующей подготовке и целеустремлённости. Это возможно тем более, что великодушный Аллах всегда является «казначеем всех возможностей». Поэтому не существует никакого предопределения, никакой судьбы или фатальности. Человек в достаточной степени свободен в своих решениях и действиях, благодаря чему открывается возможность непосредственного восприятия Аллаха и общения с Ним.

В философии

Сократ впервые в истории античной философии сформулировал понятие свободы. Он считал, что максимально свободным является тот, кто с помощью разума занимается самосовершенствованием. То есть, не будь рабом своего тела, не иди на поводу у своих физических желаний, умей обуздывать животные инстинкты, побори низменные страсти и пороки — и будешь ваистену свободен! А если ещё при этом будешь обладать душевным покоем и внутренней гармонией, то вообще не будешь страдать ни при жизни, ни после смерти.

Киники (в позднем произношении — циники) решили, что жить надо свободно, независимо ни от кого и ни от чего. Богатство, слава, роскошь, изнеженность, плотские удовольствия являются только временными явлениями, губящими душу, привязывающими к себе человека и уничтожающими его свободу. Поэтому, для достижения полного освобождения души и тела, истинный феласав должен жить максимально просто, довольствуясь лишь самым необходимым. Он должен послать на йух все блага цивилизации, все условности общества, любые душевные привязанности и вытряхнуть всех тараканов из головы. Только так человек станет абсолютно свободным и, следовательно, счастливым. Самым выдающимся киником в этом плане был знаменитый Диоген. Для демонстрации своей свободы он сознательно нарушал все моральные и нравственные установки общества, проявляя порой открытое презрение к древнегреческому быдлу. Причём месье знал толк в извращениях и вообще был большим оригиналом. Например, вопреки общественным нормам мог нагло жрать на площади, заявляя при этом, что если можно голодать на площади, значит там же можно и утолять голод. Мог с похерфэйсом ссать на обидчика и срать в театре, говоря, что ничто естественное не может считаться дурным. Обожал гонять лысого на виду у всех, а в ответ на смущённые замечания восклицал: «Вот бы и голод можно было унять, потирая живот!». В общем, дядя развлекался как мог, наглядно демонстрируя свою свободную волю, и это лишь малая часть его проделок, о похождениях Диогена сохранились десятки анекдотов.

Основатель стоицизма Зенон Китийский одним из первых философов обратил внимание на зависимость жизни и смерти человека от неких внешних сил. Например, здорового человека покусала бешеная собака, и он умер в страшных муках. Или отряд храбрых воинов плыл на корабле, как вдруг — ВНЕЗАПНО налетела буря, и корабль со всеми пассажирами утонул. Цветущий город разрушило неожиданным землетрясением, кого-то уебало молнией, etc… Почесав тыковку, Зенон коротко и ясно изрёк — это судьба! Неотвратимая, неумолимая и часто весьма жестокая по отношению к человеку. Но даже если и наступает Адъ и Израиль, человек всё равно может быть счастливым, главное — мужественно, стоически встречать удары судьбы. Родился ты рабом или уродом, нищим или больным — это было не в твоей власти. Умерла у тебя любимая дочь, сгорел дом, пропали все сбережения — это от тебя никак не зависело. Так какой смысл хныкать и размазывать сопли, будь мужиком, блеать! Это ж судьба, от неё не убежишь! Тут-то Зенон и столкнулся с интересным парадоксом. Предыдущие философы показали, что понятие счастья неотделимо от свободы (пусть даже и внутренней, духовной). Спрашивается, как это можно совместить с неотвратимостью судьбы? Ведь если весь жизненный путь человека предопределён, то ни о какой свободе не может быть и речи. Свалился кирпич на башку — значит это кем-то уже заранее было предрешено. Следовательно, остаётся только смириться со своей участью и подчиниться. Можно даже и не помышлять об изменении хода событий своей свободной волей. Что делать!? Почесал Зенон тыковку ещё раз, и озарило его! Да, сказал он, судьба человека на роду написана, всё предопределено. Но человек свободен в выборе своего отношения к судьбе! Он может принять её такой, какая она есть, а может не принять. В этом и заключается истинная свобода: нужно не просто смиряться с ударами судьбы, а осмысленно жить в таких условиях. Все поступки и решения должны согласовываться с тем, что неизбежно должно совершиться. Посему истинный стоик обязан «слушать» и «слышать» свою судьбу, ни в коем случае не сопротивляясь ей. Отсюда и знаменитая стоическая поговорка: «Желающего судьба ведёт, нежелающего — тащит».

Спиноза. Сей ЕРЖ строил свою философскую систему на понятии субстанции, подразумевая под ней Бога, который, в свою очередь, является самой природой во всех её проявлениях. Бог (субстанция) всегда является причиной самого себя. Субстанция постижима для человеческого разума, проявляет же она себя через атрибуты и модусы. Атрибутов у субстанции всего два — протяжённость и мышление. Каждый из этих атрибутов состоит из бесчисленного множества более мелких, частных проявлений самого себя — модусов. Итак, всё в Боге и от Бога. При этом люди сохраняют абсолютную личную свободу, являющуюся модусом двух атрибутов, которые суть только проявления того, что уже произошло внутри субстанции. Всё происходящее с людьми уже произошло в Боге, а они лишь включены в логическую цепь событий, составляющих картину их жизни. Поэтому свобода человека заключается в умении быть самим собой, соответствовать своему предназначению, следовать своей природе. Необходимо осознать себя как часть единого, целого, вечного. Благодаря такому осознанию и постижению себя люди и становятся истинно свободными, причём эта свобода является полностью необходимой. Проще говоря — свобода по необходимости. Если всё является только проявлением одного и того же божественного принципа, следовательно, ни о каких случайностях и тем более чудесах и речи быть не может. Все якобы «случайности» на самом деле являются видимостью, иллюзией воображения. Все события происходят с необратимостью и необходимостью, идущими от самой природы Бога. Взаимоисключающие параграфы налицо: Спиноза наделил человека свободной воли и в то же время обосновал детерминизм.

Готфрид Вильгельм Лейбниц видел мир, состоящий из особых духовных, наделённых сознанием частиц, «элементов всех вещей», как он сам их называл. Они же меметичные лейбницевские монады. Эти частицы заполняют собой всё пространство Вселенной, находясь в определённой иерархии по отношению друг к другу. По Лейбницу, сознание, которым обладают монады, присуще в той или иной степени всему живому и неживому миру. Следовательно, и монады соотносятся друг с другом в зависимости от уровня своего сознания. При этом ни одна из них не может воздействовать на другую. Если монады никоим образом не взаимодействуют друг с другом, спрашивается, каким образом осуществляется взаимодействие всех вещей в мире, включая разумные и целесообразные действия человека в процессе его жизнедеятельности? Декарт, например, сломал мозг, пытаясь объяснить взаимодействие материального человеческого тела с его нематериальным духом. Лейбниц также долго ломал голову, пока наконец не выдал свою не менее меметичную теорию о предустановленной гармонии. Согласно этой теории, мудрым и всеблагим Богом было заранее задумано и спроектировано всё прошлое, настоящее и будущее во Вселенной. Каждое малейшее движение души или тела любого из людей уже давным-давно запрограммировано Богом, от начала веков всё уже было в сознании Творца. Почему же мир такой, а не иной? Потому, просвещал Лейбниц, что таким его сделал всеблагой Бог, а выбрал Он лучший вариант из бесчисленного множества возможных. Поэтому наш мир — наилучший из миров! Как бы не так, тогда откуда и почему в мире берётся зло? Если всё от Бога… Авотхуй, радостно разъяснял Лейбниц, в существующем в мире зле вины Бога нет и быть не может. Зло лишь воспринимается нами как таковое, ибо мы не можем увидеть весь план Бога, направленный только на созидание и добро. Поэтому — всё к прекрасному в этом наилучшем из миров! Тут-то оптимист Лейбниц и попался в ловушку собственных софизмов. Действительно, сам же сказал, что Богу заранее обо всём известно, спрашивается, о какой свободе воли и выбора может идти речь? Лейбниц попытался совместить несовместимое — он утверждал, что свобода человеческой души заключается в том, чтобы зависеть только от самой себя, но не от чего-либо другого. То есть, все спонтанные действия монад в процессе своей жизнедеятельности и являются истинной свободой в лейбницианском мире. Но очевидно же, проблема так и не решается: если Богу известно всё заранее, то свобода души оказывается лишь иллюзией. Какой же смысл тогда в морали, нравственности, этике? Перед стеной этих вопросов Лейбницу оставалось только свалить всё на Бога, которого он так удачно было отмазал от совершающегося в мире зла: Его истинные планы всегда остаются неизвестными человеку.

Тролль, лжец и девственник Иммануил Кант считал, что самым первым чувством в сознании человека является чувство долга, он-де появляется раньше всех остальных чувств и понятий человеческого сознания. В силу этого люди и получают бесконечную, практически ничем не ограниченную свободу воли. То есть свободным человека делает долг! В самом деле, находясь в состоянии выбора между двумя возможными поступками, люди оказываются в положении абсолютной свободы. Например, предположим, что кассир в магазине дал сдачу намного больше положенной, а человек заметил это только после прихода домой. Вот тут-то и наступает момент истины: вернуться ли в магазин и отдать лишнее или воспользоваться таким подарком судьбы? Эти мгновения бесконечной свободы можно продлить свободным моральным выбором, ведь ничто, кроме чувства долга, не заставляет человека возвращать деньги кассиру-идиоту. И если человек решает поступить в соответствии с долгом и вернуть деньги, то в такую минуту он является абсолютно свободным и морально поступающим.

Фридрих Вильгельм Ницше сделал ключевым понятием своей философии «волю к власти», дополнив идею воли характеристикой тяготения к власти на любом уровне биологической жизни. Воля к власти более всего присуща человеку, но и в мире природы она проявляется с не меньшей силой. «Из-за чего деревья первобытного леса борются друг с другом? Из-за власти». Сама жизнь, по Ницше, постоянно «стремится к максимуму чувства власти».

Свобода воли и уголовное право

Философы права и юристы в большинстве своем не отрицают того, что справедливость имеет условный характер, что она основана на общественной полезности и целесообразности, а не на абстрактных идеалах, а под свободой воли понимается свобода действия. Свобода действия, кстати, такой же мутный и бессодержательный термин, он ничем не лучше свободы воли, ведь предполагает независимость от внутренних и внешних факторов принуждения. А грань между внутренним фактором принуждения и просто внутренним фактором так же неясна и размыта. Если у тебя опухоль в голове и удается доказать, что она была причиной твоей агрессии, то к тебе уже другое отношение, а вот на то, что у всех людей есть индивидуально работающая эндокринная система, которая выделяет гормоны, отвечающие за агрессию всем плевать, ссать уголовный кодекс хотел на индивидуальную специфику работы гормонов. Хотя американская судебная практика знает прецедент, когда заключённому заменили вышку на пожизненное , когда адвокат предоставил суду результаты генной экспертизы. Адвокат сумел доказать, что в ДНК подсудимого содержится ген, вернее аллель 3R гена МАОА, которая при определенных условиях значительно повышает агрессивность, а так же сумел доказать, что эти условия так же имели место быть.

Поэтому всё это очень условно, справедливостью называется целесообразность, а свободной волей — отсутствие принуждения со стороны внешних факторов и внутренних( психических расстройств и т.п.). Свобода и справедливость — блеск и пафос, просто некая дань традициям. Но в практическом уголовном праве не до рефлексий и тонких смыслов, главное чтобы работало. Быдлограждане закон соблюдают, суды судят, приговоры выносятся, нарушители наказываются, а сведущие люди хихикают в сторонке. Преступник сидит в тюрьме не потому что он виновен или нет, а потому что так полезнее и безопаснее для общества. И этого вполне достаточно для полноценного функционирования законодательной системы и судопроизводства.

Библиотека Ватикана
t.me/vaticanlibrary
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author