April 12th, 2019

Мои твиты

Collapse )

Союзное научно-образовательное

Несмотря на серьезные политические штормы, удалось реализовать намеченное в феврале усиление союзной работы в общественно-гуманитарной сфере – по траекториям науки и образования.

В Москве состоялось совместное заседание коллегии Министерства науки и высшего образования РФ, Министерства просвещения РФ, Министерства образования Республики Беларусь и Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь.

Мероприятие прошло в рамках VI Московского международного салона образования под председательством Министра науки и высшего образования РФ Михаила Котюкова, Министра просвещения РФ Ольги Васильевой, Министра образования Республики Беларусь Игоря Карпенко, Председателя Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь Александра Шумилина. В заседании также приняли участие Госсекретарь Союзного государства Григорий Рапота, Руководитель Рособрназдора Сергей Кравцов, посол России в Белоруссии и спецпредставитель президента Михаил Бабич, посол Белоруссии в России Владимир Семашко.

Участники заседания обсудили состояние и перспективы развития общего образовательного и единого научно-технологического пространства Союзного государства, ход реализации союзной молодежной политики. В ходе заседания принято решение о подготовке перечня университетов для формирования состава Ассоциации вузов России и Беларуси.

«Мы сегодня детально затронули вопросы развития сотрудничества в области образования, молодежной политики, вопросы научно-технического сотрудничества. Мы выступили с инициативой запустить совместные исследовательские проекты, которые могли бы инициировать молодые ученые двух стран. Думаю, что уже в этом году мы сможем сформировать ассоциацию вузов России и Белоруссии и провести первый форум. В рамках Форума регионов провести молодежный день и форум ректоров», - рассказал по итогам заседания Коллегии Министр науки и высшего образования РФ Михаил Котюков. Также Министр отметил принципиальное значение повышения доступности образования в российских вузах для белорусских студентов.

В ходе заседания достигнуты договоренности о перспективах развития Белорусско-Российского университета в Могилеве, разработке проекта Союзного государства по повышению мобильности молодых ученых (магистров и аспирантов). Кроме того, одобрен состав национальных частей Экспертного совета по присуждению учрежденной в 2018 году Премии Союзного государства в области науки и техники.

«Мы движемся устойчиво в сторону интеграции наших образовательных систем. Особое внимание мы уделили вопросу Белорусско-Российского университета. Это уникальный проект союзного государства, где студенты учатся по двум программам – российским и белорусским – и могут получать либо российский, либо белорусский диплом», - рассказал Министр образования Республики Беларусь Игорь Карпенко.

Как отметил Председатель Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь Александр Шумилин, сферы образования и науки неразделимы. Одним из подтверждений этого единства он назвал продуктивное совместное заседание сразу четырех профильных ведомств двух стран.

В ходе заседания достигнуты договоренности о разработке мероприятий по дальнейшей интеграции итоговых и вступительных испытаний - единый государственный экзамен в Российской Федерации и централизованное тестирование в Республике Беларусь.

«В области школьного и среднего профессионального образования у нас очень тесные связи между нашими странами. И мы будем усиливать их. И нам есть, чему поучиться у наших коллег. По очень многим вопросам общего образования у нас действуют совместные рабочие группы», - отметила Министр просвещения РФ Ольга Васильева.

По окончании мероприятия подписан итоговый протокол совместного заседания коллегий, а также Совместный план мероприятий Министерства образования Республики Беларусь и Министерства науки и высшего образования Российской Федерации в сфере государственной молодежной политики на 2019 год.

Подробнее: https://www.minobrnauki.gov.ru/ru/press-center/card/?id_4=1263

https://t.me/scienpolicy/3582

То, чем прирастает Россия: баланс сил, прорыв, НОЦ и министерство Сибири

В рамках реалий российского федерализма формируются не только вертикаль власти и замкнутые «мирки» отдельных регионов, но и серьезна конкуренция между ними. Она тем выше, чем более определенными являются макрорегионы, в которых располагаются игроки. Урал, Сибирь, Дальний Восток – теперь это не только соответствующие федеральные округа, но и регионы в рамках Стратегии пространственного развития.

Еще одно основание для деления – научно-образовательное. И именно оно может сказать нам немало о реальных политических процессах. Устойчивость регионального уровня особенно важна для обеспечения не только прорыва, но и трансфера.

Обратим внимание на самое сердце страны – Сибирь. Баланс там должен достигаться на нескольких уровнях.

Первый - внутри СФО и четверки лидеров научно-образовательно-технологического развития (Новосибирск, Томск, Красноярск, Иркутск). Конкуренцию Новосибирску по научно-образовательному вектору должны бы составлять Томск и Иркутск, но оба региона почему-то начали спускать на тормозах свои проекты НОЦ. Красноярск сформировал достаточно интересную заявку на центр по «Енисейской Сибири», но, как и в случае с Новосибирском, чувствуется, что НОЦ имеет лишь прикладное значение для иных проектов. Отсутствует (или недостаточно продемонстрировано авторами) прямое преобразование «энергии» центра в региональное развитие и работу на мировом уровне.

Второй – в сибирском марокрегионе. Здесь существуют мощные конкуренты – тюменская «матрешка» (Тюменская область – Ханты – Ямал), чей потенциал оценен флагманским научно-образовательным центром мирового уровня; Якутия с собственным федеральным университетом – Северо-Восточным; а также серьезное гравитационное поле от центра прорыва на Дальнем востоке (комплексная экосистема науки-образования-инноваций на базе ДВФУ и острова Русский). И именно здесь конкуренция Новосибирску наиболее сильна.

На основной территории сибирского макрорегиона действует Сибирское отделение РАН. Которое, казалось бы, должно также быть заинтересовано во всех измерениях баланса.

Реальность совершенно иная. Новосибирская область (активно поддерживаемая председателем СО РАН В. Пармоном) активно подминает под себя всю Сибирь. Именно в Новосибирске пишутся стратегии для всего макрорегиона, а отделение Академии наук мнит себя вершителем судеб всех научных институтов и вузов фактически на половине территории страны.

Амбиции Новосибирской области по научно-образовательному и научно-технологическим векторам не полностью оправданы – за большим количеством красивых слов кроются серьезные проблемы даже на уровне выработки и лоббирования проекта «Академгородка 2.0», а уж комплексный план развития СО РАН в контексте развития СФО, судя по всему, тянул на себя полпред Меняйло. Позиция Новосибирска – «мы лидеры, нам все должны» – оказывается все более непонятной ни в Сибири, ни на федеральном уровне.

Передача Республики Бурятии и Забайкальского края, на самом деле, привела в действие очень мощные политические макропроекты. На территории Сибири и сферы действия СО РАН оказались два региона, которые попали под управление Минвостокразвития, к которому теперь относится сфера не только сам Дальний Восток, но и Арктическая зона, которая в значительной степени проходит именно по сибирским регионам.

Это актуализировало проект «Министерства Сибири». Мы уже приводили слова полпреда Меняйло, сказанные на Красноярском экономическом форуме: «Сейчас утверждена стратегия развития двух [сибирских] макрорегионов, что тоже накладывает свой отпечаток. Представляется целесообразным создание единой системы управления их развитием. Для этого есть разные механизмы, например такие, которые реализованы на Дальнем Востоке, на Кавказе».

Не менее важны слова зампредседателя «ВЭБ.РФ» Андрея Клепача: «Только за счет национальных проектов или сохранения традиционного и межбюджетного распределения средств этого [т.е., добиться прорыва] сделать нельзя, нужны структурные и институциональные маневры, должен появиться центр управления и согласования действий на уровне макрорегиона. Сейчас этого центра нет, но есть политический центр полномочного представительства, однако у него нет экономических рычагов воздействия. Часть территорий управляется Министерством РФ по развитию Дальнего Востока, где есть возможность согласовывать и координировать государственные программы и бюджетные средства. Такая модель предлагается и для центра развития Сибири, что даст возможность маневрировать между регионами».

У части элит вполне артикулирован запрос на создание Министерства Сибири по аналогии с Министерством по развитию Дальнего Востока и Арктики. Это позволит не только более гибко обеспечивать баланс между субъектами макро-Сибири, но и выстроить исполнительную надстройку над регионами и их властями.

И здесь «внешний пояс» опережает даже сложившийся триумвират «власти Новосибирской области – полпредство СФО – СО РАН». На Дальнем Востоке ДВФУ глубоко интегрирован в работу на всех уровнях – Приморский край, ДФО, Минвостокразвития. Это особенно видно в рамках скоординированной работы по научно-технологическому и образовательному векторам. В Тюмени (которая с учетом ХМАО и ЯНАО) могла бы претендовать на собственный федеральный округ – обеспечена стабильная интеграция властей всех трех субъектов, образовательных и научных учреждений, что демонстрирует межрегиональный НОЦ.

Отметим, что в обоих случаях системы являются открытыми – в «матрешкином» НОЦе принимают участие научные и образовательные организации из Санкт-Петербурга, Ярославской области, Екатеринбурга и ряда других регионов. А ДВФУ выстраивает диверсифицированные связи с ведущими вузами, которые открывают свои кафедры и совместные образовательные программы.

В случае с Новосибирской областью мы видим постепенное дальнейшее замыкание в себе. Сибирское отделение РАН озабочено преимущественно Академгородком и новосибирскими делами, считая и город, и область, и всю Сибирь «своей территорией». В этом СО РАН имеет определенную поддержку со стороны полпреда Меняйло. Те же мысли о непререкаемом лидерстве свойственны и для руководства Новосибирской области. Надо сказать, подобная позиция не находит особого понимания у многих руководителей федеральных структур, а также, естественно, вызывает сопротивление у регионов и их представителей (от властей до вузов и научных организаций).

Вывод пока что довольно неутешительный – баланс внутри региона нарушен. Есть явный перекос в сторону Новосибирской области относительно остальных регионов, в сторону академической науки относительно вузовской, СО РАН относительно вузов и отдельных научных институтов.

Проект «Министерства Сибири» должен, по идее, разрешить некоторые из этих дисбалансов, однако, неизбежно столкнется с рядом проблем. Первая – какие регионы отнести к нему. Вторая – как выстроить отношения с Минвостокразвитием по Арктике. Третья – как избежать перетягивания Новосибирском одеяла на себя.

Одно можно сказать точно – баланс сил в регионе всерьез нарушен. Если говорить о нашей научно-образовательно-технологической сфере, то, в первую очередь, за счет потребительского отношения Новосибирской области и Сибирского отделения РАН ко всему макрорегиону, а также ограниченной способности акторов сибирского ядра (СФО) обеспечить достойную конкуренцию по всем фронтам.

Особенно печально видеть недоработки Томской области, которая наравне с Новосибирской является пилотной для реализации Стратегии НТР. В итоге – оба региона, судя по всему, вообще мало что могут предложить для прорыва. Очень жаль, ведь только что принята госпрограмма НТР, которая развивать не только постулаты и идеи Стратегии, но и модельные решения, апробированные в двух этих регионах.

https://t.me/scienpolicy/3584
https://t.me/scienpolicy/3585

«Вводим молекулу – любовь есть, блокируем молекулу – любви нету»

Профессор факультета фармацевтики Страсбургского университета, директор Лаборатории терапевтических инноваций Марсель Ибер прочел на Пикнике «Афиши» лекцию «Химия любви».

Я химик, занимаюсь разработкой различных лекарств, такими серьезными вещами, как борьба с раком, со старением. Но однажды я задумался о химической составляющей любви. Мы изучаем стресс, болезни – а что происходит в человеке во время любви, какие химические процессы?

Для начала я задался вопросом: а что такое любовь? Я привык подходить к предмету своих исследований основательно. Если вы зададитесь вопросом о том, что такое, например, рак, то найдете четкое определение рака, подробную классификацию его типов. Но когда мы стали выяснять, что такое любовь, и попытались поднять научную литературу на эту тему, то не нашли вообще ничего. То есть в области науки этим вопросом вообще никто не занимался. И нам пришлось читать философов и поэтов, чтобы хоть как-то определиться с этим понятием. Мы ведь знаем, что слово «любовь» имеет множество значений – любовь может быть материнской, братской, она может быть потребностью, а может быть подарком. Иногда любовь – это чистый наркотик, тяжелая аддикция. Страсть, нежность, зависимость – самые разные явления называют любовью.

Еще древние греки делили любовь на виды. Они выделяли семь видов любви, но не будем слишком углубляться, рассмотрим три: эрос, филию и агапе. Эрос – это любовь-страсть, это вожделение, потребность обладать другим человеком. Эрос никогда не бывает счастливым – да, вожделение может быть удовлетворено сейчас, но потом оно возникает снова. Филия – совсем другой тип любви, такая любовь – счастье. Вы радуетесь, когда видите другого человека, вам нравится пить с ним чай или делать что-то вместе. Агапе ближе к милосердию, это любовь без страсти, это сочувствие, сострадание, потребность помочь другому. Поведение человека в зависимости от типа любви, конечно же, сильно отличается. И если вы почитаете стихотворения о любви с этой точки зрения, вы увидите, насколько они разные.

Положим, мы немного определились с тем, что называем любовью. Теперь определимся, а что такое человек? 70 процентов воды, 3-4 килограмма костей, все остальное – органика, молекулы. Человек – это большой мешок с молекулами. Все, что происходит внутри нас, имеет молекулярный характер. Жизнь – это взаимодействие молекул. Много сотен лет человека изучали на уровне органов. В начале XX века мы перешли на уровень клетки, а в последние пятьдесят лет – на молекулярный уровень. Думаю, понадобиться еще лет двадцать, чтобы окончательно понять, как устроен человек.

Манипулируя с количеством окситоцина, можно полностью изменять поведение

Значительному прорыву в том, что касается изучения эмоций, мы обязаны нейробиологу и фармакрологу Томасу Инселу, ныне директору Национального института психического здоровья США. Инсел изучал поведение мышей – его интересовали отношения между матерью, отцом, мышатами. Особенно его интересовала тревожность у мышей, потому что он занимался препаратами для приглушения тревожности, анксиолитиками. Если он отрывал мышонка от мамы, мышонок начинал пищать и метаться. Инсел давал мышонку анксиолитики, и мышонок успокаивался. Так они с мышами проводили время.

Однажды, это было в 2000 году, Инселу рассказали об одних очень странных крысах, интересных своей не типичной для крыс моногамностью. Эти крысы образовывали пары на всю жизнь, вместе растили детенышей и являли собой пример удивительной заботы друг о друге. Что особенно занятно, рядом с теми же крысами жили другие крысы, и у них все было гораздо менее романтично – они спаривались с кем попало и особо своим потомством не занимались. Хорошие крысы жили под горой, а плохие на горе. При этом крысы принадлежали к одному и тому же виду, они ничем вроде как не отличались.

Инсел, конечно, очень заинтересовался и теми, и другими крысами, принялся их изучать. Как именно он их изучал: отловил и на горе, и под горой крыс, взял у них анализы, стал исследовать эти анализы в своей лаборатории. Он сравнивал анализы хороших и плохих крыс, пытаясь найти отличие на молекулярном уровне. Но все было одинаково. Он долго бился и наконец обнаружил разницу в количестве двух гормонов, вазопрессина и окситоцина. У крыс с хорошим поведением уровень окситоцина был высоким, а у плохих крыс – низким.

Инсел пошел дальше: он ввел плохим крысам окситоцин. И что же: эти распутные крысы, которые совершенно не интересовались своим потомством, стали верными супругами и прекрасными родителями. Продолжая эксперимент, Инсел блокировал окситоцин у хороших крыс – и верные супруги и прекрасные родители испортились во всех отношениях, они сразу же превратились в распутных и равнодушных. Оказалось, что манипулируя с количеством окситоцина, можно полностью изменять поведение этих животных. Материнская любовь, отцовская любовь, моногамия и полигамия – выяснилось, что все это зависит от какой-то молекулы. Всего лишь один гормон – и ужасное становится прекрасным и наоборот. Мы привыкли относиться к материнской любви как к самой возвышенной вещи на свете, а что мы видим: вводим молекулу – любовь есть, блокируем молекулу – любви нету.


Высокий уровень окситоцина делает самок бесстрашными

Вазопрессин и окситоцин – это очень простые молекулы, маленькие пептиды, их легко можно создать самим хоть в гараже. Что характерно – во всех видах живых организмов эти гормоны неизменно находили, то есть они принципиально важны для эволюции. Интересно, что окситоцин исследовали и раньше – это тот гормон, который вырабатывается во время беременности начиная примерно с пятого-шестого месяца, именно благодаря ему у женщин появляется молоко. Женщина – как и любое млекопитающее – в огромном количестве выделяет этот гормон в момент родов. Если роды задерживаются, врачи используют этот гормон, чтобы ускорить роды – и в таком качестве он хорошо изучен. О значение окситоцина для родов и грудного вскармливания известно уже лет пятьдесят. Но в последние десять лет стало понятно, что мы недооценивали этот гормон, и от него зависит гораздо больше.

В Израиле недавно провели масштабное исследование женщин, которые недавно родили. И что же выяснилось? У женщин с высоким уровнем окситоцина были прекрасные отношения с новорожденными, полная гармония и взаимопонимание. У женщин с недостатком окситоцина возникли проблемы и со вскармливанием малышей, и со взаимопониманием – у них все было более нервно и напряженно. Что происходит в этой ситуации с отцами? Если женщина вырабатывает окситоцин, то и мужчина, наблюдая за ней, эмпатически заражается этим и тоже начинает его вырабатывать. Если между женщиной и мужчиной устанавливается тесная эмпатическая связь, они вместе вырабатывают окситоцин и становятся прекрасными заботливыми родителями.

Мы выяснили еще, что высокий уровень окситоцина делает самок бесстрашными – они вообще ничего не боятся, они готовы на все, чтобы защитить своих детенышей. А если окситоцина не хватает, страхов гораздо больше. Страх перед собаками, например, обычно свидетельствует о недостатке окситоцина.

Период послеродовой депрессии сопровождается резким падением окситоцина – как только его уровень выравнивается, депрессия уходит. Но если его уровень по каким-то причинам не выравнивается, депрессия может затянуться на месяцы и даже годы.

Когда малыш пьет молоко матери, он получает вместе с молоком свою дозу окситоцина. И это действует на него как экстази – это своеобразный наркотик, есть молоку ребенку очень приятно. Поэтому младенцы хотят есть как можно чаще – сам процесс им ужасно нравится, молоко делает их счастливыми. Когда все происходит удачно, мать вырабатывает с кормлением окситоцин и для себя, и кормление становится удовольствием для обоих. Это не просто удовольствие, но еще и залог будущих гармоничных отношений, крепкой привязанности. Окончание грудного кормления может быть очень болезненным и для матери, и для ребенка – это может быть даже похоже на наркотическую ломку, потому что оба перестают получать привычную дозу окситоцина.

«Ты извини, но это не моя вина, я просто биологически так устроен»

Мы исследовали более пятисот взрослых мужчин – мы старались выбирать мужчин, из поколения в поколение отличающихся верностью и заботой о детях, и мужчин, которые сами выросли без отцов и продолжают ту же линию с собственными детьми. И нам удалось выделить ген, который отвечает за стабильные отношения, – у верных мужчин цепочка этого гена гораздо длиннее, чем у неверных.

С мышами мы заходили дальше – пересаживали неверным мышам ген верных и добивались потрясающих результатов. Мать-мышь, бросившая своих новорожденных детей на произвол судьбы, возвращалась к ним и начинала заботиться о них, являя чудеса самоотверженности. С людьми мы пока не решаемся так экспериментировать. Но в любом случае могу порадовать тех молодых людей, которым не удается хранить верность своим подругам. Теперь у вас есть оправдание – вы можете говорить: «Ты извини, но это не моя вина, я просто биологически так устроен».

Конечно, гены не все решают. Гены дают нам предиспозицию – но есть воспитание, традиции, уклад жизни, культура, опыт, и все это серьезно меняет нашу личность. И мы находим людей без генетической предрасположенности к верности, которым тем не менее удается быть прекрасными супругами и родителями.

Как вырабатывается окситоцин? Посмотрите на другого человека с нежностью, и этот человек начнет вырабатывать окситоцин. Погладьте его – окситоцина станет больше. Поцелуйте его – окситоцина станет еще больше. Если перед вами человек, с которым вы хотите связать себя надолго, обнимайте и целуйте его как можно чаще. Но будьте осторожны с объятиями и с поцелуями, если не хотите чрезмерной привязанности и близости, – выработанный окситоцин может далеко завести вашего партнера.

Во время секса и особенно оргазма окситоцин вырабатывается в огромных количествах, и это работает на вашу связь. С одним и тем же партнером это работает несколько лет – а потом, как правило, потихонечку исчезает. Почему? Природа считает, что около трех лет достаточно для того, чтобы женщина забеременела и малыш успел немного подрасти. Говорят, страсть слепа. Да, но она слепа шесть месяцев, год, максимум три года – для того, чтобы пара продолжала существовать и дальше, нужно уже нечто большее, чем голое влечение. Окситоцин – это наркотик, а для жизни этого недостаточно.

Что будет, если мы получим возможность контролировать любовь?

Окситоцин контролирует не только отношения внутри семьи, но и отношения в обществе – если у ребенка мало окситоцина, он не может полноценно контактировать с окружающими. У него слишком много страхов, и он становится аутистом. Был проведен опыт – детям-аутистам давали окситоцин, и они начинали смотреть людям в глаза. Обычно же они не смотрят другим в глаза, а отворачиваются, смотрят в сторону. Окситоцин отвечает за доверие, за симпатию к другим.

Мы проводили эксперимент с двумя группами студентов – одной дали подышать окситоцином, другой нет, и у обеих групп незнакомые люди попросили в долг деньги. 80% процентов участников окситоциновой группы дали деньги. В группе без окситоцина деньги не захотел дать ни один человек. То есть окситоцин помогает устанавливать между людьми связи. Без него любить ближних, а тем более дальних становится гораздо сложнее. Были исследованы волонтеры благотворительных организаций – предсказуемо выяснилось, что у них с окситоцином все в порядке.

Конечно, культура и воспитание чрезвычайно важны. Но нельзя не принимать во внимание и молекулярные механизмы человека, его генетические предрасположенности. Наверное, если вы живете в горах в Швейцарии, хронический недостаток окситоцина у вас может и не вылиться в тревожное состояние и депрессию. Но если обстоятельства вашей жизни располагают к тому, чтобы часто и сильно нервничать, – если вы, не дай бог, теряете близких или попадаете в аварии, – ваши предрасположенности могут сыграть дурную роль.

Возникает вопрос, не могут ли такие молекулярные исследования принести вред, стоит ли их продолжать? Что будет, если мы получим возможность контролировать любовь? Эта идея кажется опасной, так мы дойдем и до изобретения приворотного зелья. Да, крайне полезной представляется работа над препаратами, снижающими тревожность, но как избежать недозволенных манипуляций над людьми? Но это вечный вопрос. Человек приручил огонь, потому что огонь – это тепло. Но огонь при неосторожном обращении – это и пожар.

Окситоцин уже продается, и это не секрет, его легко купить через интернет. Считаю своим долгом предупредить, что если вы соберетесь его употреблять, то покупайте его в виде назального спрея – его не имеет смысла принимать внутрь, его нужно вдыхать в ноздри. Если вам кажется, что он поможет вам в ваших любовных делах, – ну что ж, может быть. Но мы же понимаем, что любовь не сводится к гормонам и генетике. И уж точно относиться друг к другу с нежностью, обнимать и целовать друг друга можно и не задумываясь о том, какие именно молекулярные механизмы вами движут.

Сколько в России языков?

Я начал писать этот текст уже давно, так что он не планировался как политически актуальный. Но так вышло, что именно в эти дни у СМИ появился инфоповод, связанный с малыми (миноритарными) языками России. Возможно, что исследование, о котором я пишу ниже, что-то кому-то в этом смысле прояснит.

Это не так просто осознать, но в России говорят на внушительном числе языков. Более того, в России говорят на таких языках, которые больше нигде не распространены. Скажем, в России обитают миллионы украинцев и узбеков, вместе с тем существуют и суверенные государства Украина и Узбекистан, где соответствующие языки являются государственными. А вот в России говорят на башкирском, тувинском, удмуртском и многих (действительно многих) других языках, у которых своего государственного статуса больше нигде нет.

Государственный статус — это важно. В эпоху глобализации языкам, чтобы выжить, нужна поддержка, которая позитивно влияет на печать, масс-медиа, искусство, в конечном счёте — на желание и возможность людей говорить на родном языке.

А насколько эти языки адаптировались к новым цифровым реалиям? Правда ли, что на них говорят только в отдалённых горных аулах? Или всё-таки они являются полноправным способом онлайн-общения? Несколько лет назад мы с коллегами решили это выяснить.

Сначала это было исследование в рамках ныне уже не существующего Центра изучения Интернета и общества РЭШ (сейчас он благополучно преобразован в Клуб любителей Интернета и общества), затем мы организовали исследовательский проект в магистратуре Школы лингвистики НИУ ВШЭ, и, в общем, добились успеха. Все результаты представлены на специальном сайте Языки России, но о самом интересном, о том, что мы делали и как (а также о том, что получилось), я расскажу здесь.

Прежде всего, требовалось установить, сколько вообще в России языков, и что это за языки. Никакого общепринятого списка у лингвистов не оказалось: про некоторые языки неизвестно, жив ли ещё хоть один носитель, про некоторые нет согласия, действительно ли это язык, или на самом деле он диалект другого языка. Да и чётких критериев отличения одного от другого нет. Есть шуточный: «язык — это диалект с армией и флотом», но при всём остроумии этого высказывания Вайнрайха есть достаточно контрпримеров: у Бразилии есть армия и флот, но нет своего языка (бразильцы пользуются португальским, языком своей бывшей метрополии), более того, всего лишь диалектом, а никаким не собственным языком пользуются и американцы — обладатели самой мощной армии в мире. Ни армии, ни флота нет у Исландии (только корабли береговой охраны), зато на особость их языка никто не покушается (хотя никто не спорит и с тем, что он родственник современного норвежского).

Словом, задача оказалась непростой. Особенную сложность составили языки Дагестана. Языков (настоящих языков, не диалектов! их носители не понимают друг друга) там так много, что разобраться в этом можно только после консультаций со специалистами.

Ещё мы решили вывести за пределы своего списка титульные языки других государств. Действительно, если целая страна за пределами России говорит на каком-то языке, то, скорее всего, государственный ресурс используется и для поддержки языка. Считать такой язык языком России можно, но оценивать его представленность в Интернете по сравнению с другими языками, не подпитывающимися из-за границы, было бы некорректно: ингушский и казахский будут в совсем разных весовых категориях. Так, за бортом нашего исследования оказался осетинский: несмотря на то, что в России есть целый титульный регион, где говорят на осетинском, существует и признанная Россией отдельная страна, Южная Осетия, для которой этот язык государственный. Строго говоря, в Южной и Северной Осетии говорят на разных диалектах, иронском и дигорском. Но автоматически, компьютерно, различить их очень сложно. Так что лучше считать их одним языком, не принадлежащим к классу языков России.

Ещё один казус связан с идишем. В России номинально тоже есть регион, в котором должны проживать носители идиша — Еврейская автономная область. В то же время наши эксперты разъяснили нам, что в ЕАО носителей идиша почти не осталось, а все тексты в Интернете на этом языке пишутся почти исключительно в Израиле и в США. Так что анализировать представленность идиша в Интернете как языка России глупо. Это помимо того, что мы бы столкнулись с головной болью, связанной с многообразием вариантов правописания. Вот несколько релевантных ссылок про это: [1], [2], [3].
Итак, с языками мы определились. Их получилось 96.


Этой статье: https://habr.com/ru/post/408411/ — уже полтора года, но она до сих пор не потеряла своей эпичности.

А свежее интервью с интервью с руководителем этого проекта Борисом Ореховым можно почитать здесь: https://habr.com/ru/post/408411/

Тест “реакция на новый объект”

В поведенческих экспериментах исследовали способность обезьян Macaca mulatta к выполнению когнитивных тестов разной степени сложности, предъявляемых на сенсорном экране компьютера. Задача состояла в распознавании доминирующей ориентации в текстурах различной степени упорядоченности. Анализировали скорость обучения, процент правильных ответов и время решения задачи в зависимости от ее сложности. Параллельно у животных оценивали выраженность исследовательской активности по реакции на незнакомые предметы (тест “реакция на новый объект”). Процент правильных ответов увеличивался с упорядоченностью тестовых изображений и был сопоставим с результатами, полученными ранее на человеке в сходных экспериментальных условиях. У обезьян индекс исследовательской активности коррелировал со скоростью обучения и был ниже у тех, кто склонен к отвлечению внимания, то есть с большим временем ответа. Полученные на обезьянах результаты позволяют моделировать нейронные процессы, протекающие в головном мозге человека при распознавании образов, от кодирования физических свойств изображений до принятия решений. Взаимосвязь между уровнем исследовательской активности и скоростью обучения позволяет использовать тест “реакция на новый объект” при отборе перспективных особей для участия в поведенческих экспериментах, что существенно сократит время, затраченное на обучение обезьян новым задачам.
https://elibrary.ru/item.asp?id=36748464

ЭЛЕКТРОННЫЕ ПОРТАЛЫ С ОЦИФРОВАННЫМИ ДОКУМЕНТАМИ ПО УЧАСТВОВАВШИМ И ПОГИБШИМ В 1 И 2 МИРОВЫХ ВОЙНА

Электронные ресурсы в открытом доступе позволят любому желающему узнать о подвигах или установить судьбы своих предков, погибших на фронтах войн в ХХ веке, найти документы и составить личный семейный архив.

Collapse )