Previous Entry Share Next Entry
«Образы русской речи»
olegchagin
Русское «жили-были» в традиционной русистике интерпретировалось прежде чисто грамматически. Такую трактовку предложил в 1858 году Ф. И. Буслаев. Он отмечал, что в древнерусском языке употреблялись две формы так называемого прошедшего описательного времени: одна со связкой быть в настоящем времени («ecи дал» 'ты дал'), другая— в прошедшем («был дал»). Вторую форму ученый считает позднейшей, ибо здесь, видимо, уже сократилась первоначальная более пространная форма «дал был есть». Именно к такого рода формам относит он и сказочный зачин «жил-был», «жили-были».

Значение этого «давнопрошедшего времени», по мнению многих последователей Ф. И. Буслаева (А. А. Потебни, А. И. Соболевского, Е. Ф. Будде, В. И. Борковского и П. С. Кузнецова),— указание на далекое прошлое. «Жили-были», следовательно,— это нечто вроде «плюсквамперфекта», распространенного в европейских языках и обозначающего действие, предшествовавшее другому действию или моменту в прошлом.

Казалось бы, такое грамматическое объяснение сказочного зачина полностью согласуется с «повествовательной действительностью» этого фольклорного жанра. Ведь «жили-были» — это именно существование героев в том «давнопрошедшем» времени, когда действие сказки еще не начиналось и была вокруг, говоря другой фольклорной формулой, «тишь да гладь да божья благодать».

Известный советский фольклорист и лексиколог А. П. Евгеньева, однако, высказала обоснованное сомнение в справедливости такой трактовки этой формулы. «Остатки сложной формы давнопрошедшего времени имеются в диалектах и в фольклоре, но сочетание “жили-были” в сказочном зачине к plusquamperfekt'у никакого отношения не имеет», — подчеркивает она. —…Сочетание “жили-были” ничем не отличается от других синонимических сочетаний, которые часто встречаются в фольклоре (“глядели-смотрели”, “выходила-выбегала”, “журят-бранят”, “опочивали-спали” и т. д.)». Как видим, основанием для сомнения является наличие в фольклорных текстах близких по функции дублетных глагольных образований.

Именно это сомнение побудило О. Б. Ткаченко проделать скрупулезный лингвистический анализ сказочных зачинов во многих языках, особенно финно-угорских — от Алтая до Среднедунайской равнины, включая и такие редкие и малоизученные, как водский, ижорский, ливский, мещерский, саамский, муромский или мерянский.

Оказалось, что зачин такого рода не характерен для большинства славянских языков, во многих из которых до недавнего времени сохранялось давнопрошедшее время. Сказки с «жил-был» почти не встречаются даже у самых близких «родственников» русских — белорусов и украинцев. Более того — этот зачин и на Руси концентрируется прежде всего в особой зоне, которая является ядром русского государства — в современных Московской, Рязанской, Ярославской и Калининской областях.

Для историка, фольклориста, этнографа и лингвиста такая точная локализация весьма показательна. Именно в этих областях после монгольского нашествия происходило активное смешение финно-угорских народов (меря, весь, мордва и др.) с восточными славянами. Несомненно, массовое двуязычие, характерное для такого смешения, должно было оставить глубокий след в русском языке.

Одним из таких следов, по гипотезе О. Б. Ткаченко, и является сказочный зачин «жили-были». В финно-угорских языках подобная конструкция — общефинно-угорская *ela(-)-wole(-) — широко распространена, причем она встречается не только в зачине, но и в других частях фольклорных и нефольклорных текстов. Это так называемый парный глагол со значением 'жить-быть'. Он действительно близок к русским фольклорным сочетаниям типа «глядели-смотрели», «выходила-выбегала», «журят-бранят», на которые ссылалась А. П. Евгеньева: ведь глагол «жить» здесь почти синонимичен глаголу «быть» — 'существовать'.

Русская формула «жили-были», по предположению О. Б. Ткаченко, представляет собой заимствование из конкретного финно-угорского языка — мерянского, который был постепенно ассимилировав русским, но некогда распространялся именно на территории современной центральной России.

С сокращениями из: В. М. Мокиенко, «Образы русской речи», 1986

?

Log in

No account? Create an account